Это и понятно. Когда ещё ранее она испытывала на себе столько внимания и готовности услужить? Лена принесла воды не в пластиковом стакане из кулера, а в фарфоровой белоснежной чашке. Катя с жадностью выпила воду. Руки у неё от нервозности дрожали, и она поспешно вернула чашку, не желая, чтобы девушка заметила её состояние.
– С чего начнем, Екатерина Викторовна?
Они даже знали её имя.
Интересно, а все отделы открыты? Или у молодых ребят есть ключи? Катя плохо понимала, как работает торговый центр, но ей казалось, что общего доступа даже у застройщика или владельца нет.
Разница всё же была, потому что она сводилась к возможностям Коваля. А они пугали до чертиков. Катя только-только начала приучать себя к мысли, что генерал такой же мужчина, как и все. Да, чуть выше, шире в плечах. Но у него две руки, две ноги, и член между ног. Ничего сверхъестественного. Её старания рухнули, как карточный домик. Ничего нет в Ковале обычного. Вот, о чем стоит помнить всегда и не забывать даже на минуту.
Руслан сказал, чтобы она выбирала всё, что ей понравится. Вставал другой вопрос: а одежда ей понадобится вообще? Они не затрагивали тему её возвращения в СИЗО, не обсуждали её дальнейшую судимость и вероятный приговор. Руслан ничего не говорил, Катя пока не решалась затрагивать больную тему. Считала, что рано. Да и с чего она его начнет? Разве Руслан что-то получил от неё? Мышцы живота болезненно сократились. Он её хочет, это понятно. То, что было у него в доме – не в счет.
Ему нужно большее.
Катя была ему благодарна уже за то, что она эти дни провела не в опостылевшей камере. Даже на баньку напросилась. Тело распарила. Осталось душу успокоить, а с этим большие проблемы. Неразрешенные, можно сказать.
Поэтому благоразумно будет купить необходимый минимум.
– Начнем с одежды для дома, – сказала она.
У консультанта Лены были отличные от Катиных представления об одежде для дома. Платья, брючные костюмы.
Катя не стала жеманничать, зажиматься и говорить, что ей ничего подобного не нужно.
Нужно.
Она – девушка. А какая девушка не мечтает о хорошей одежде? Катя не меркантильная дама, никогда ей не была и не станет. Она не приветствовала жизненный принцип, где деньги на первом месте. Но также считала глупым и неразумным отказываться от того, что тебе дают. Тем более, что ситуация требовала.