Мать вашу, а хотелось… Прижать её грудью к двери, к стеклу, чтобы видеть отражение возбуждения на её лице, как она закатывает глаза, как кусает губы от нетерпения. Почувствовать, как ерзает бедрами, подается вперед, навстречу ему.
Не утерпел.
Поцеловал.
Иначе сглупит и что-то натворит.
Её губы были мягкими. Нереально свежими. Будоражащими.
И абсолютно безучастными. Катя позволяла себя целовать, сама же не пошевелилась в ответ. Не возбудилась, не прильнула к нему. Генерал, ты там что-то говорил про закатывание глаз от страсти? Утрись-ка, давай.
Руслан всё чувствовал, анализировал, понимал и не мог остановиться. Пил её сладость снова и снова, желая забрать, присвоить себе как можно больше. Запустил руку в её волосы, зафиксировав затылок. Его внутренний зверь взвыл от нетерпения. Ем было мало.
Как и Руслану.
Он оторвал себя от Кати. Надо. Иначе точно прямо у порога отымеет. И пошлет на хрен все благие намерения, которые у него были на этот вечер.
Не ответила. И неожиданно это разозлило Руслана. Какого черта?… Он тоже, млять, хорош. С поцелуем к ней. На хера?
Реакция Кати была правильной. Если бы она прижалась к нему и вдруг воспылала страстью, вот во что он бы точно не поверил. И повел бы себя иначе. Так, как заслуживает лживая дрянь, что решила обыграть его."
"Девочка не прониклась к нему симпатией. И за это ей респект. Другого он и не ждал.
Умница его.
На кухне также. Стоит, глаза отводит, дышит через раз.
Как сегодня, например. Вкусы Руслана она знала идеально. Сытно и без лишних изысков.
Он усадил Катю, встав за её спиной.
Усмехнувшись, Руслан отошёл от Кати. От греха подальше. Взяв позабытый ей графин, вернулся к столу. Поставил его рядом с салатом, убрал салфетку со свежевыпеченного хлеба и сел напротив Кати.
На этот раз Воробушек взгляда не отвела.