И уж тем более не мог охладить внутренний жар.
Минут через двадцать или чуть больше за ним вышел Жоржик.
— Ты чего тут зад морозишь? Дубак такой, — поёжился он, но сам уселся рядом.
— Я на обществе был, — сказал Женька.
— Чего? Вот сегодня? Пока мы тебя ждали в Бургер Кинге? Зачем?
Женька пожал плечами.
— Капец! Ну ты и г***, — возмутился Жоржик.
— Угу.
— И дебил.
— Ага, и упырь, и скотина бессовестная.
— И это ещё мягко сказано!
Но Жоржик остыл быстро. Помолчав, хмыкнул:
— Значит, наших в понедельник ждёт сюрприз.
— Да я хотел сразу после школы зайти сказать, но… — Женька осёкся. Снова в памяти всплыла сцена у ворот.
— Что — но?
— Да ничего. Забыл, короче. Домой пошёл.
— Да лучше пока и не надо никому говорить. Может, Тамара и не будет возбухать. А чего? Выспится за выходные и успокоится. Может, никто и не узнает.
— С тобой-то и не узнает? — рассмеялся Женька.
— А что? Я, когда надо, — могила! Помнишь, этим летом мы с тобой с девками из музыкального на речку ездили? Я Соньке не сказал. Вообще никому не сказал.
— Пф. Я сам ей сказал.
— Серьёзно? Фигасе, ты смелый.
— А что такого? Ничего же не было. Не, ну она пообижалась немного, да и всё, — пожал плечами Женька.
— Блин, не знаю. Я твою Соньку, честно говоря, побаиваюсь. Она, конечно, зачётная, но дикая какая-то. Ну, то есть, уже не твою… Вы же точно всё, насовсем разбежались, да?
— Угу.
— Если честно, я бы с такой даже связываться побоялся. Приревнует там или чего надумает, и грохнет в приступе ярости или отчекрыжит тебе что-нибудь…
— Ну я же, как видишь, цел.
— И что, она нормально восприняла? Ну, что ты с ней порвал?
— Ну так… Грохнуть не пыталась, если ты об этом. И отчекрыжить тоже.
Жоржик хохотнул.
— А что, как там с Микой?
— А что с ней? — против воли тотчас напрягся Женька.
Невинный же вопрос, а сердце сразу судорожно дёрнулось и внутри всё заныло.
— Ну, она всё, тебе больше не нравится?
— Нравится.
— Что, правда? А чего ты тогда…? Ну, ничего не делаешь…?
— А что я должен делать?
— Ну, не знаю.
— Да никаких методов у меня нет, Жорж. Она однозначно дала понять, что я ей не нравлюсь. Вообще никак. Мне что, бегать за ней? Нафиг.
— Блин, ты чего? Ты же Онегин! Ты что так быстро слился? Сам же знаешь, девки сегодня говорят одно, а завтра — другое. Или вообще говорят: «Нет», а думают «О да, о да!». Или ты у нас гордый?
— Да что ты пристал-то?
— Да потому что я видел, как она на тебя смотрела на физре.