Окружённая невысокими деревьями, она словно была предназначена для посиделок с друзьями у костра. Собирая ветки, Алиса покосилась на широкую спину Клода, который снимал с Твэла седло. Божечки, ну почему природа создала такое совершенство? Идеальные линии спины, попа как орешек… Вздрогнула и опустила глаза. Стоп! Нельзя. Думай о доме! О доме? Как можно уничтожить замок?! Вздохнула: глупо даже пытаться.
Затрещали сухие ветки, светлые огоньки закружились в весёлом танце, поднимая в воздух тающие искры.
– Как же хорошо! Я думал, что до самой свадьбы не смогу расслабиться ни на минуту, но Тёмная госпожа неожиданно подчинилась и подарила мне несколько самых чудесных дней… Нет! – Он вскочил и, схватив растерянную Алису за руку, притянул к себе. Обнял и тихо проговорил: – Ты! Ты подарила мне кусочек беспечности. Я словно на некоторое время окунулся в другой мир. В чью-то счастливую беззаботную жизнь, испытал иллюзию, что судьба в моих руках, что я могу сделать выбор.
Алиса задрожала в его объятиях. Неожиданная перемена в поведении Светлого господина пугала её и одновременно сжимала сердце щемящим счастьем. Клод приподнял её голову за подбородок и, глядя в глаза, прошептал:
– Спасибо тебе за любовь.
После этих слов горечь накрыла её отрезвляющей волной. Благородный господин смотрит на неё, как на развлечение, глоток свободы перед свадьбой! Примерно так же в родном мире тысячи тысяч парней проводят мальчишники.
– Раздевайся! – весело приказал Клод, Алиса вздрогнула и набычилась: ранее он предлагал быть пажом, проигрывателем, а теперь она удостоилась чести стать стриптизёршей?! А господин подмигнул: – Искупаемся.
Алиса оттолкнула его:
– Мечтай!
Господин, ничуть не расстроившись, принялся расстёгивать пуговицы на камзоле:
– Ты как хочешь, а я искупаюсь! Когда ещё удастся выбраться из Белого замка без сопровождающих и стражи?
– Где-то я уже это слышала, – покраснев, буркнула Алиса.
Она хотела отвернуться, но тело не слушалось, а взгляд, казалось, приклеился к обнажённой груди господина. Тот уже снял рубашку и, поигрывая мощной мускулатурой рук, расстёгивал ремень брюк. Словно пригвождённая к месту, Алиса смотрела, как он наклоняется, стягивая высокие сапоги, как перекатываются под кожей бугры мышц, как скользят по обнажённым плечам шелковистые волосы.