Оказывается, ее спасатель был один. Он сбил с нее насильников, но не вырубил их. И теперь они вдвоем набросились на него.
Впрочем, схватка была недолгой. Сначала парень вывел из игры Демона — четким и точечным ударом в горло, затем лысого, врезав ему коленкой в грудь. Бил парень мощно, быстро, уверенно — на загляденье. Яна не могла не залюбоваться им.
— Ну, не уроды! — Глядя на нее, он покачал головой.
Роста выше среднего, в плечах так себе, а двух амбалов отключил чуть ли не играючи. В лунном свете Яна видела густые черные брови, коромыслами окаймляющие маленькие глубокие глаза.
— Твари! — кивнула она.
— Джинсы надень!
— Да, конечно.
Со стороны набережной послышался топот ног. Наверняка это бежали люди, посланные отцом.
— Стас, все нормально! Это я, Дик! — махнув рукой, назвался парень.
— И что здесь за дела? — послышался трубный голос.
К Яне подходил здоровенный лет сорока Стас, начальник личной охраны ее отца. Высокий, широкий, но какой-то нескладный. И лицо у него сикось-накось — как будто он в предсмертных муках рождался и до сих пор от этих давних страданий не отошел.
Яна, натягивая на бедра майку, отошла в сторонку. Темно, и не видно, где валялись джинсы. Впрочем, Стас рассматривать ее не стал. Он занялся Демоном и Болотом. Не позволяя им подняться, отцовские «быки» обрушили на них град ударов.
Пока их избивали, Яна нашла джинсы, оделась."
"— Да не было ничего, пацаны! — простонал Демон. — Она сама!
— Сама?! — Яна взвыла от возмущения.
Она осмотрелась, заметила камень покрупнее, взяла и швырнула его Демону в морду.
Кто-то взял ее за руку. Она обернулась и увидела отца.
— Что здесь было? — потребовал он объяснений.
Немолодой он уже, давно за пятьдесят перевалило. На лбу две глубокие и длинные морщины. Нездоровый цвет лица, мешки под глазами. Невысокий он, грузный, руки короткие, но сила в них неимоверная. Подкову согнуть — запросто.
— Да что, затащили сюда! Как будто я им что-то должна!.. Если бы не Дик… Еще бы чуть-чуть…
Яна с благодарностью глянула на своего спасителя.
Отец подошел к Демону, которого «быки» поставили перед ним на колени.
— Знаешь, кто я? — густым хриплым голосом спросил он.
— Да нет… Но вижу, что в авторитете…
— Яна, ты говорила про меня? — не оборачиваясь к дочери, спросил он.
— А то!..
— Сказала, кто я?
— Сказала. Они тебя не знают.