— Послушай, мой ангел, — наклоняюсь я, нежно его обнимая. — Тебе больно и страшно, потому что партнерство и чувства родителей были для тебя платформой безопасности. Теперь они выбили ее из-под твоих ног. Тебе обидно, больно, страшно. Тебе кажется — как они смели? Я бы так никогда не сделал с любимым человеком! Значит, они меня не любят. И друг друга не любят. Значит моя жизнь — враньё!
— Разве это не так?
— Это не так… Два человека берут ответственность за счастье ребенка. Ребенок случается. Они его любят, растят, но в какой-то момент становятся друг для друга не выносимы рядом.
— А нельзя просто любить друг друга? Без всякой этой хе*ни?
— Этим чувством нельзя управлять изнутри. Если оно закончилось — ничего не поделать. Дальше только изнасилование во имя чего-нибудь. За что ты на них обиделся? Ты уже у меня взрослый мальчик и должен сейчас перепрыгнуть с родительской платформы безопасности на свою личную. А им вернуть свободу, посмотри на них как равный, а не как тот, за которого они отвечают.
— Я не могу. У меня внутри нет никакой больше платформы.
— Надо строить! И пусть пока не семейную, но свою личную. Там должны быть твои близкие — Я, Немец, мама, папа, тренер твой, девушка в перспективе…
Я знаю, что тренер для него авторитет и близкий человек, как и для Немца.
— Я не хочу ничего строить.
— Это отрицание, первый этап. Это нормально. То, что с тобой сейчас происходит — нормально. Но не зацикливайся. И попробуй пробежать всю цепочку приятия этого травмирующего события без выноса родителей.
— А если мне хочется их выносить?!
— Это покушение на чужую свободу. Представь, что будет, если они пойдут у тебя на поводу и решат не разводиться.
— А что будет? Все хорошо будет!"
"— Серьезно? Давай, помоделируем… Представь, что я сошла с ума и решила, что… ммм… неплохо бы было нам с тобой замутить. И мы начали встречаться. Нам бы было хорошо?
— Нам бы было отлично, Жень! — грустно ухмыляется он.
— Окей.