Дориан тоже склонялся к тому же мнению и считал, что княжич очень правильно делает, если и в самом деле заводит себе осведомителей. По его мнению, информация — это одна из немногих вещей, за которую никогда не жаль отдать денег. Даже если это всего лишь сплетня.
Так вот, Лешка рассказал, что, оказывается, вчера в «Китеж» приезжали родители Шуйского. Наверное, хотели забрать своего юного гения домой, но уехали без него. Видимо Мишка горел желанием во что бы то ни стало сплясать на осеннем балу.
Бал же не только был праздником сам по себе, он ведь еще означал, что началась последняя учебная неделя перед каникулами. Это значит, что задавать будут меньше… Спрашивать будут меньше… Да и вообще круто! Каникулы же! Тем более самые первые, а их дожидаешься больше всего. Первые школьные месяцы всегда такие нудные…
— Ты сам-то, чего кислый такой? — спросил я у Нарышкина, когда он пытался привести себя в порядок уже третьей чашкой кофе подряд.
— Почему же, спал… Два часа, по-моему… — ответил он и зевнул. — Занят был, Макс. Я же теперь председатель «Медики» все-таки, сам понимаешь…
— И что с того? Или в вашей могучей организации принято не спать по ночам? — спросил я, осмотрел кекс с клюквой и откусил с той стороны, где было побольше ягод. — Рассказывай, какие там у вас еще забубоны?
— Отвали, Макс, — усмехнулся Нарышкин.
"— А-а… Ну да, дело серьезное… — кивнул я. — Без девиза что за жизнь? Так, мучение одно… А без логотипа вообще, хоть сразу в петлю…
— Макс, вообще-то я серьезно с тобой разговариваю! — нахмурился Нарышкин.
— Да ладно, не злись, я шучу, — сказал я и запил кекс какао. — Так поручи логотип дизайнерам каким-нибудь вашим. Ну тем, которые нам по новому магазину в «Волшебном Базаре» все делали.
— Кстати неплохая мысль… — в уставших глазах княжича появились радостные искорки. — Вообще-то, я хотел сам, но ты прав. Почему бы не обратиться к профессионалам?
— Вот и я тебе о чем, — сказал я и сунул остатки кекса в рот. — Ты бы лучше придумал, как сделать так, чтобы на осеннем балу танцы каким-нибудь концертом заменили.