"
"В правой руке у Шмакова был какой-то инструмент, которым он что-то рисовал на полу. Наверное, нечто вроде особого карандаша или чего-то в этом роде. Линии, который оставались на полу, сразу же начинали подсвечиваться багровым светом, из чего я сделал вывод, что в данный момент он чертил демоническую печать.
Рисунок был довольно сложным и провозился он с ним минут тридцать. К тому моменту, когда он закончил, печать разрослась в размерах, а в самом ее центре оказалась арка. Черный маг медленно прошелся по печати и тщательно ее осмотрел.
Ну оно и понятно, насколько я понимал, как это работает, любая неточность может стать демонологу смертным приговором. Может быть, у Шмакова были какие-то способы, которыми он мог останавливать демонов, но в теории выглядит именно так.
Осмотрев демоническую печать, Афанасий Степанович положил карандаш обратно в чемодан, затем закрыл его и водрузил на стол второй. На этот раз изучение содержимого заняло у него намного меньше времени. Вскоре в руках у него появился какой-то черный клубок, размером с небольшой арбуз.
Пока я гадал, что бы это могло быть, он бросил его на пол и в Арочном Зале послышался характерный металлический звук. Это оказалась железная цепь. Шмаков нагнулся, взял в руку один конец и пошел к демонической печати, по периметру которой начал укладывать цепь.
Не прошло и минуты, как арка оказалась внутри круга. Едва концы цепи сомкнулись друг с другом, она в прямом смысле слова вспыхнула, и на черном металле появились ярко-алые языки пламени.
— Горящая цепь, это особые Демонические Оковы, — просветил меня Дориан. — Их специально накладывают вокруг демонической печати, чтобы призванный демон никуда не вырвался. У моего преподавателя по демонологии был целый сундук с такими цепями. Та, что там, у меня у самого была парочка разных размеров. Или три штуки… Не помню уже…
— Странно, как это ты не сказал, что у тебя тоже был целый сундук, — не удивился я.
— Сейчас он достанет Демонический Жезл, которым будет лупить демона, если тот взбунтуется, — не обращая внимания на мои слова продолжил Мор. — Когда-то я одного так отходил, что он от меня на всех трех убегал!
— Двух, — автоматически поправил я его. — У них ведь две ноги.
— Трех, — не сдавался мой друг. — Тот был особенный демон.