Кстати, Таня мои предосторожности всемерно одобрила и даже добавила от себя Знаки на окна на всякий случай.
Мои усилия оказались не напрасны. Ночью поезд остановился на станции в каком-то городке, и через несколько минут сработал один из моих «сторожков». Я практически мгновенно проснулся и тут же раскинул «ловчую сеть», сплетённую заранее.
Показав что-то испуганному проводнику и бросив несколько фраз, в вагон садился мужчина лет сорока с саквояжем в руке. Делал он это нарочито медленно, будто давая мне время рассмотреть себя.
— Сразу зарубить, — за дверью стоял Киж с обнажённым палашом в руке, — или вы его сначала допросить хотите?
За его спиной маячила Диего с «громобоями» в руках.
— Уберите оружие, это наш старый знакомый. Я сам с ним поговорю.
Внезапный ночной гость ждал меня в тамбуре.
— Доброй ночи, Степан Иванович.
Шешковский, изрядно постаревший с нашей последней встречи, улыбнулся.
— Здравствуйте, ваша светлость.
— И от радости вы решили перехватить меня в пути?
Начальник Тайной экспедиции пожал плечами.
— С удовольствием дождался бы вас в Москве, Константин Платнович. Но вы же знаете — служба. Приказы императрицы нужно исполнять, даже если они доставляют неудобства."
"— Что же, тогда нам стоит переговорить в более удобном месте.
Я отвёл Шешковского в свободное купе и мимоходом попросил Кижа, чтобы нам принесли чаю.
— Итак… — Я не торопился заводить разговор, предчувствуя, что он будет сложным. Дождался, когда проводник принесёт чаю, взял подстаканник, сделал пару глотков и только тогда перешёл к делу. — Я тоже рад видеть вас в здравии, Степан Иванович. Надеюсь, необходимость увидеть меня не была слишком обременительной для вас?
— Что вы, Константин Платонович! Я бы и сам, без приказа, постарался с вами встретиться. Тем более эфирная дорога сделала поездки значительно проще. Можно сказать, что вы своим изобретением облегчили мою жизнь.
Мы посмеялись над его незатейливой шуткой, и я спросил:
— Не подскажете, как императрица узнала о моём возвращении?
— Самым обычным образом, Константин Платонович.