И если раньше, когда они только поженились, Рокси чувствовала некий страх перед ним, даже ненависть к этому несгибаемому и суровому человеку, то теперь она была зависима от него, от его силы, нежности, уверенных прикосновений и даже от смеха.
Да, ей нравилось, как смеялся ее муж. Разумеется, не при свидетелях, или подчиненных. Для всех вокруг Витольд Аскольдович был суровым и жестким, но стоило им оказаться наедине, как Вит менялся.
Конечно же, мужчина не стал ласковым урчащим котенком, и характер упрямый и властный, никуда не делся.
Вот и сейчас, после ужина, Рокси обосновалась в кабинете Вита. А сам Мартынов перебирал какие-то бумаги, сидя за своим рабочим столом. В руках у девушки - чашка травяного чая. А взгляда Рокси не сводила с сосредоточенного лица мужчины."
"— Если не прекратишь, то в угол поставлю, — негромко пригрозил Вит, не отвлекаясь от документов.
— Меня нельзя в угол, — проворчала Рокси и вздохнула. — Как думаешь, завтра все гладко пройдет?
— Ну а как иначе? — фыркнул Вит. — Мой бесценный помощник уже неделю безвылазно торчит здесь. Твоя подруга с нанятым шеф-поваром заставили меня перепробовать все блюда мира. Я просмотрел столько артистов и певцов, что всерьез задумался о продюсерском центре. И да, с меня сто раз снимали мерки на костюм, которого я и в глаза пока не увидел, но который, я точно знаю, ты прячешь в детской в шкафу.
Рокси, малышка, это ведь обычный день, как и другие. Чего волноваться, а?
Роксана закатила глаза, слушая тираду мужа. Хотя, надо признаться, что Вит довольно мило ворчал.
— Во-первых, это не обычный день, а твой день рождения! — возразила Рокси. — Во-вторых, это первое масштабное мероприятие, на котором я буду хозяйкой. В-третьих, там будет уйма народу, которые придут поглазеть на меня беременную. И с некоторыми из них ты состоял в довольно тесных отношениях.
Вит отложил бумаги. Ну, началось. В его кровожадной и дерзкой жене проснулась ревность.
— Брось, девочка, ты ведь знаешь, что я только твой, — заметил Вит, — и все вокруг это знают.
И вопреки здравому смыслу, Виту было приятно это осознавать. Нет, он не хотел заставлять свою беременную жену нервничать. И повода не давал для ревности. Однако ему жутко льстило, что его малышка открыто заявляла на него свои права.