Я снимаю с его ног ботинки и ставлю их на пол, накрывая его одеялом, скомканным у подножия кровати. Даю себе еще секунду, чтобы понаблюдать за ним, и ненавижу то, что у меня все еще есть желание свернуться калачиком рядом с ним. Заснуть в его объятиях, слушая биение его сердца.
Но те времена прошли.
Когда я поворачиваюсь, чтобы уйти, я замечаю толстовку, висящую на спинке его стула. Моя первая мысль, что у него здесь была какая-то другая девушка, а затем, возможно, он не единственный, кого сегодня стошнит.
— Ты можешь оставить это? — бормочет он.
Моя голова поворачивается к нему, и я с удивлением вижу, что его глаза открыты, он моргает в ответ на меня. Я думала, он уже отключился.
— Я знаю, что ты мне ничего не должна, — продолжает он. — Но не могла бы ты просто…
Его голос затихает, но я знаю, о чем он спрашивает. И хотя эта толстовка, возможно, одна из моих любимых, я складываю ее пополам и вешаю на стул, прежде чем заставить себя покинуть комнату.
Девин все еще ждет меня, когда я выхожу, и вручаю ей его ключи.
— Спрячь это где-нибудь до утра, — говорю я ей.
Она кивает, но я могу сказать, что она обеспокоена. — Что, черт возьми, на него нашло сегодня вечером? Он никогда так не напивается.
Я тяжело выдыхаю. — Это моя вина. Он пытался извиниться и хотел снова быть вместе, но я не могу этого сделать.
Выражение ее лица сочувственное, совсем не осуждающее, но ее слова попадают в цель. — Не можешь или не хочешь?
— И то, и другое, — честно отвечаю я.
— Каждый раз, когда он отводил взгляд слишком быстро, чтобы Кэм ничего не заподозрил, или шарахался от меня, потому что кто-то заходил в серф-магазин, это было болезненным напоминанием о том, что все это никогда не было настоящим. Во всяком случае, не для него.
Она хмурится. — Но что, если бы это больше не было секретом? Что, если бы он рассказал Кэму о вас двоих?
Я качаю головой. — Я не буду играть в игру «а что, если». Это слишком опасно. Он уже сделал свой выбор
Девин понимающе кивает, и я быстро обнимаю ее, прежде чем уйти. Переставляя ноги, я сосредотачиваюсь на том, чтобы просто добраться до машины Мали, чтобы не слушать, как мое сердце кричит мне развернуться.