Сказала, что он меня наверное кино приглашал смотреть, потому что вряд ли на что-то большее способен.
С моего приезда в Москву и двух лет не прошло, а я словно повзрослела на десять. Прошлые мысли и поступки из «До» сейчас кажутся детскими и нелепыми. Смешно подумать, что в какой-то момент я решила, что смогу спать с кем угодно за деньги. Что мне будет все равно, как он выглядит, сколько ему лет и как он пахнет. С Булатом получилось потому, что он был… Булат.
— Передумаешь — мой номер знаешь, — не сдается мужчина.
Когда он уходит, я оглядываю вестибюль, убедиться, что в ближайшие минуты никому не понадобится моя помощь, и иду налить себе кофе.
«Жемчужные холмы» и правда разительно отличаются от трехзвездочной «Планеты», в которой я работала. Кофейная традиция с Женей потеряла бы здесь всякий смысл: кофемашина стоит в соседней комнате. Наливай сколько хочешь и латте, и капучино. Для сотрудников предусмотрено питание и даже абонемент в спортзал с хорошими тренажерами и теплым бассейном.
Надежно укрыв чашку с кофе за стойкой, я сажусь за компьютер, чтобы проверить бронирования. Даже удивительно, как много людей готовы платить такие суммы за сутки проживания. Хотя чего я удивляюсь? Когда-то я выкладывала не меньшие деньги за какие-то брюки. Забытый сказочный сон.
— Девушка, Кока-кола в холодильнике теплая, — немного раздраженно говорит голос клиента в динамике. — Такую пить невозможно.
— Ваш мини-бар недавно пополнили, и она, очевидно, не успела остыть. Сейчас я пришлю к вам горничную с охлажденными напитками. Приношу свои извинения за доставленные неудобства.
Я собираюсь набрать Эльзе, чтобы заменила бутылки, но палец зависает над нужной клавишей. В коридоре фойе я вижу знакомый силуэт: в строгом черном костюме, высокий, немного худощавый.
Очевидно, я слишком застыла и слишком пристально смотрю, потому что через секунду его взгляд тоже падает на меня. Если Камиль и удивился мне, то не подает виду: его губы трогает в вежливая поулыбка, после чего он и его спутник скрываются за дверями ресторана.
Нетвердой рукой я возвращаю трубку на место, опускаюсь на стул. И снова вопросы, эти чертовы смолкшие вопросы… А вдруг..? А что если...