Делаю вид, что наклоняюсь к нему, дабы поцеловать и почти у самых губ шепчу:
– У тебя тут кошачий волос, – убираю палец, демонстрируя несуществующую кошачью шерсть.
– Да ладно? – усмехнувшись, произносит Федор, одарив меня белоснежной улыбкой.
– Ага. У тебя там что-то в зубах еще застряло.
Только хочу податься в сторону и вылезти из машины, как Федор резко тянет меня на себя.
– Ты что-то, я смотрю, храбрости набралась, девочка моя. Знаешь, что будет, если дергать тигра за усы?
– У него выпадут усы?
– С огнем играешь, Лиза.
– Хочу и играю, – от невозможности выдержать его взгляд, произношу первое, что приходит на ум. – Давай сейчас поедем в больницу, я обращусь к Леше, он поможет, но в этот раз я пойду одна.
Я ожидала какой-нибудь колкости в ответ, но точно не того, что Федор коснется кончиками пальцев моей щеки и начнет поглаживать мое лицо. Сама не понимаю, как оказываюсь с закрытыми глазами. Очухиваюсь и распахиваю их, от насмешливого голоса Федора:
– Видала? – тычет мне фигой в нос.
– Да, пойду. Я поговорю с этим Вениамином в реанимации, и Леша поможет достать его вещи. Не волнуйся, я справ…
Договорить Неповторимый мне не дает. Закрывает рот поцелуем, не давая возможности даже возмутиться. Я настолько теряюсь в ощущениях, что толком не понимаю, как оказываюсь распластанной на сиденье автомобиля.
Со стороны мы наверняка выглядим как животные, набросившиеся на губы друг друга.
А вот, когда его рука оказывается на внутренней стороне моего бедра и его пальцы касаются моего белья, меня накрывает лавиной стыда за собственное поведение. Перехватываю его руку, отталкивая от себя и сжимаю бедра. А Федору все ни по чем. Он продолжает как ни в чем не бывало целовать мою шею, не скрывая свое возбуждение.
Что я творю? Мы знакомы всего несколько дней. Даже если он мне и нравится, это же не повод вести себя вот так. Да еще и в машине.