Его бесценный секретарь прекрасно подготовил почву для появления маркиза: как только он вручил у дверей свою карточку, они тут же распахнулись, перед ним предстал хозяин и любезно предложил провести его по всему зданию. Он не только сообщил, что для него огромная честь принимать у себя его светлость, но также обещал осветить любые тонкости и сложности современной машины, какие только его заинтересуют. Это убедило Феликса в том, как он был прав, настаивая на сопровождении самого маркиза, а не Тревора.
— Он ни за что не предложил бы всего этого мистеру… мистеру, как-его-там, — прошептал он торжествующе."
"Хозяин литейной, будучи главой большого семейства, не обнаружил ни в одном из собственных отпрысков даже искры своего гения. Зато через пять минут знакомства с младшим Мерривиллом он нашел в нем родственную душу, и маркиз, к своему великому облегчению смог благополучно отойти на второй план. Он покорно следовал за этими двумя энтузиастами, и скуку этой экспедиции несколько развеивал интерес, который он неожиданно почувствовал к Феликсу.
Что касается Феликса, то он явно находился на вершине счастья. Занятый размышлениями, вызванными таким количеством новой информации, он мог только рассеянно выразить свою благодарность и (с беспокойством) надежду на то, что кузен Алверсток тоже получил удовольствие.
— Джессеми сказал, что вам не хотелось идти сюда, но ведь это не так, сэр?
— Конечно нет! — покривил душой маркиз без особых колебаний.
— Даже если не хотелось, то вам ведь было интересно! — с сияющей улыбкой сказал Феликс.
И с этим маркиз согласился. Затем он подозвал кэб, посадил в него Феликса, велел кучеру отвезти мальчика на Верхнюю Уимпол-стрит и вручил Феликсу гинею: такая неслыханная щедрость лишила того дара речи, и, когда кучер тронул лошадей, ему пришлось с опасностью для жизни высунуться из окна, чтобы прокричать слова благодарности своему благодетелю.