Потом ему снилось, что он открывает свой сейф, а оттуда высыпается песок, и этот песок сыпется и сыпется, и постепенно заполняет всё кругом и вот уже сам Сторми весь в песке и не может дышать, после этого он проснулся, но ужас, пережитый им во время сна, преследовал графа весь следующий день.
А сегодня ночью ему приснилось, что вокруг него огонь, много огня и он пытается прорваться через огонь, а Канва, его милая и нежная Канва стоит напротив и хохочет как сумасшедшая и в этом сне у неё были глаза её отца. Не те глаза цвета шоколада, которые всегда смотрели на него с любовью, а страшные, чёрные глазищи на половину лица, в которых пылала ярость и ненависть.
Со всеми этими треволнениями в стране, с Советом, который вдруг стал сопротивляться первоначальному решению упразднить королевскую власть, с арестом Виартье, у него просто не было времени навестить Канву и вот теперь, он ехал в дом на улице Розовой лозы, чтобы снова получить той любви, которая поможет ему успокоиться и набраться сил, впрочем, как и всегда с того самого момента, когда Канва сама пришла к нему и назвала своим мужем.
Ему всегда хотелось большего, более того, Сторми был уверен, что он рождён для великих свершений, поэтому, когда именно ему Алдонцы предложили окончательно уничтожить правящую семью Панчалы, Сторми согласился, не раздумывая. Рука не дрогнула, когда он убивал императора Панчалы и его жену, потом брата императора, старого князя и его жён и детей, только Канву не смог убить, он считал, что девочка не будет представлять риска для его нанимателей, а ему пригодится в качестве страховки.
"Дом выглядел привычно уютным, он зашёл в холл, там пахло какими-то специями, странно, обычно Канва старалась не использовать специи, когда он сообщал, что приедет, зная, что он не любит все эти панчальские штучки.
И действительно, навстречу Сторми вышла новая служанка, поднесла ему воды для омовения рук и знаками показала, чтобы он проходил.