Я свернула к югу, считая шаги, чтобы запомнить расстояние, пробежала по каменной насыпи, спустилась по ручью в ложбину и укрылась в папоротниках, свалившись на землю без сил. Я закрыла глаза, вслушиваясь в тишину чащи, но не уловила ни шума шагов, ни эха человеческих голосов… В лесу было тихо и пусто. По крайней мере, мне так казалось.
Я едва не вскрикнула от мягкого прикосновения к щеке и испуганно вскочила, готовая снова спасаться бегством.
Но бежать было бессмысленно, потому что рядом стоял огромный зверь — волк с заляпанной кровью мордой и отрубленным левым ухом.
Даже не знаю, что было страшнее — оказаться лицом к лицу с Гарольдом Свиньей или с волком-людоедом. Но зверь пока нападать не собирался, и я залепетала, старательно глядя в сторону:
— Ты ведь дух Баллиштейна? Ты ведь пришел мне на помощь, дорогой волчок, и не станешь меня убивать?
Волк то ли чихнул, то ли фыркнул, и я опять испуганно вздрогнула, но нападения не последовало, и я, медленно попятилась, двигаясь к западу.
— Мне надо туда, — говорила я ласково, как разговаривала бы с собакой, — там мои люди, они меня защитят… Я пойду, а ты сиди здесь… сиди здесь, а я пойду…
Волк прыгнул с места, и я не успела убежать. Он схватил меня за подол и потащил совсем в другую сторону — на восток, в самую чащу. Я не удержалась и упала, прикрывая голову руками, хотя от дикого зверя это была глупая защита, но волк отпустил меня и встал рядом, скаля зубы, но не рыча.
— Ты хочешь, чтобы я шла туда? — спросила я дрожащим голосом.
На этот раз он схватил меня за воротник куртки, и я взвизгнула.
— Хорошо, хорошо, я иду, — забормотала я, поднимаясь а четвереньки, а потом и на ноги.
Волк, казалось, был полностью удовлетворен, и пошел сзади, в то время как я побрела на восток, спотыкаясь о валежник на каждом шагу. Я оглядывалась, надеясь, что животное оставит меня в покое, но волк вел меня, как отбившуюся от стада овцу, и стоило мне схитрить и свернуть влево или вправо, он скалил зубы, а один раз даже клацнул зубами.
"Все это казалось мне кошмаром. Я так радовалась приезду короля, и что теперь? Сбежала от насильника, нарвалась на оборотня. А то, что волк был оборотнем, я не сомневалась. Правду говорил Донован — чем дальше на север, тем больше колдунов, и даже звери здесь колдовской породы.
Небо снова заволокло тучами. Свинцовые, почти черные, они словно легли на вершины елей.