Что же мне делать? У кого спросить совета? Он не признает компромиссов, лишь полную капитуляцию. Сдаться, чтобы быть с ним? Делать вид, что не замечаю ни кашля, ни крови. Просто любить так сильно, как только умею, столько времени, сколько получится? Любить и верить, что произойдет чудо? Разве я смогу? Не пройдет и суток, как мы снова поругаемся.
В понедельник он скидывает мне фотографию заявления о регистрации брака. Все же подал.
«11 декабря в 11.00. Я буду тебя ждать», — присылает мне сообщение.
«Я приеду, если ты позволишь мне позаботиться о тебе».
«Я в полном порядке».
Очень рада, любимый. Потому что лично я — в полном отчаянии.
Глава 63
Лада
Говорят, что одиночество — это наркотик. Привыкаешь к нему медленно, но неотвратимо. Так привыкаешь, что потом ломать себя приходится, чтобы впустить в устоявшуюся, разумную жизнь другого человека. Даже горячо любимого. По-настоящему впустить, оголив сердце, распахнув душу.
Ненавижу наркотики. Мой мужчина, кажется, успел распробовать его в полной мере, насытиться.
Но ведь это я должна быть под его кожей! В мыслях и сердце! Сделать все, чтобы спасти…
Все время думаю — как он там один? Как устраивает быт? Сам себе варит кофе по утрам, засыпает в постели без моих объятий. Он взрослый, самостоятельный человек — я это понимаю. Но каждый день, если не час, размышляю о том, что хочу о нем заботиться. В мелочах. Поцеловать после тренировки. Пожелать хорошего дня. Улыбнуться и развеселить, если устал.
Мы теряем время. Оба упираемся, не звоним друг другу, не пишем. Проверяем выдержку, как будто изощренно издеваемся. Тестируем чувства. Зачем? С какой целью?
Как ты там, Кирилл? Неужели нормально? Неужели оно того стоит?
Просто приехать, упасть ему в ноги и попроситься обратно. Прошептать, что готова на все, лишь бы быть с ним. Только не выгони, приласкай, назови своей девочкой.
Каждый день об этом думаю, каждую минуту в шаге от того, чтобы именно так и поступить. Сдаться. И одному богу известно, что меня удерживает.
Родные не понимают, что происходит. Видят, как сильно я страдаю, подозревают, что Кирилл накосячил. Изменил? Ударил?!
«Да нет же!»
Их фантазия рисует всякие ужасы, им непонятно, как два настолько подходящих друг другу человека могли расстаться. Я молчу, потому что не вправе раскрывать его секреты.