– Но как?!"
"– Юная герцогиня Аритская со своими подругами подкупила одного из охранников. Тот ей выдал коды доступа в дом. Сама понимаешь, – мужчина поставил пустой бокал на стол, – мы не можем допустить повторения подобного. Представляешь, чтобы произошло, вернись мы в дом вместе с тобой?
Принц Гариус
Новость о фаворитках не желающих покидать гостеприимные стены дворца застала принца в душе. Ее Величество проигнорировала стандартное электронное сообщение, отправила сразу магический вестник. Чтобы принц не имел ни единого шанса это самое сообщение проигнорировать.
Нельзя было сказать, что Гариус был удивлен. Чего-то подобного принц ожидал. С фаворитками всегда так. Что у отца, что у деда, что у всех старших братьев были проблемы. Девушки не желали покидать дворец, требовали повышенную компенсацию и всячески пытались препятствовать произнесению брачных клятв, дабы не потерять свое высокое положение. В глубине души Гариус надеялся, что в этот раз обойдется без скандалов. Все же, он всего лишь четвертый принц.
Ярослава
В общежитие вернулась поздней ночью. Голова была хмельная, настроение романтическое, тело, как ни странно, пело. Салар открыл портал прямо в спальне, проверил надежность установленной защиты и нового артефакта тишины и застыл глядя на меня, как-то странно улыбаясь.
– Что? – Не поняла я.
– Ты такая красивая.
Он еще шире улыбнулся. Острые черты лица смягчились. Мужчина стал выглядеть как-то моложе, мягче. Или это пиво во всем виновато?
– Кажется, кто-то напился. – Фыркнула, пытаясь состроить строгое лицо.
– Нет. – Мотнул головой Салар. – Ты не понимаешь.
Не заметила, как оказалась прижата к широкой мужской груди и вдохнула его горьковатый аромат.
– Я счастлив.
– Счастлив?
– Да. Я счастлив сейчас быть рядом с тобой.
– Ты мне тоже нравишься.
– Пора. – Согласился Салар. Согласился, но так и остался стоять на своем месте.
Салар
Мужчина вдохнул аромат девушки. Сам не понял, как подхватил ее на руки и положил на кровать. К этому времени она уже крепко спала. Такая нежная, такая красивая, такая родная. В груди менталиста разливалось какое-то новое, до этого момента неизвестное чувство. Любовь.