Но даже в этом случае процесс должен был занять несколько недель, а не дней. Если только… Предположение мелькнуло где-то на грани сознания и исчезло.
– Гариус и…"
"– Им тоже страшно, Птаха. Ты пока не чувствуешь. Салар привык скрываться за щитами. Но скоро и они рухнут. Ты уже проникла к нему под кожу. А Гариус… Гариус скоро обретет полноценный эмоциональный спектр. Ты все сама почувствуешь. Не спрашивай. Иди, переоденься. И возвращайся ко мне. К нам.
И я послушно пошла к шкафу. Не понимая и половины того, что сказал Айрен.
– Привет. – Подошла к менталисту и прикоснулась к его гладкой щеке губами. – А где принц?
– Вернется скоро. – Вместо Салара ответил Айрен. – Он на допросе.
Айрен.
Не хотелось арту сообщать своему маленькому Сердцу, где находится его побратим. И о том, что нападавшего на девушку нашли. Мертвого.
Днем арты оставили Ярославу в доме, предварительно проверив защитный купол и расставив дюжину привратников. Чтобы те незримо охраняли самое дорогое, что есть у Круга. А сами пошли по следу. Как в старые добрые времена. Полноценной боевой тройкой.
Труп нашли в подсобке. Точнее, в подвале дриад. Там, где выращивались луковицы редких лекарственных цветов Басхи. Тот, кто спрятал труп, надеялся, что яркий запах гнили, который источали луковицы молодых растений, перебьет запах разлагающегося тела.
О трупе в академии знали лишь Барэды. Скрывать происшествие от ректора и его племянника было нельзя. Телом занимался особый отряд привратников. Охраны, ходящей по изнанке Ярса. Наемники, служащие только четвертому принцу.
И вот Ярослава повернулась к нему лицом и спросила:
– Нашли?
Айрен кивнул. Но ничего не смог сказать. И Салар не смог сказать девушке правду.
Ярослава
Мне выделили отдельную спальню. Просторное помещение с большой кроватью и необходимым набором мебели: кровать, шкаф, две тумбы и дверь в отдельную ванну. Ну как выделили? Номинально это была моя спальня.