– Ой, я же хотела заварить чай с мятой, как ты любишь! – качает головой. – Из головы вылетело.
– Ничего страшного. Я сейчас сделаю.
– Такое странное появление твоего мужа, – произносит осторожно Оля. – В себя не могу прийти. Как ты? Я так переживала, Виктор меня чуть ли не силой держал, чтобы не вмешивалась. Хотела высказать этому Оболенскому все что думаю о его дебильном поведении. Зачем он приехал? Что ему надо? Снова будет издеваться… Ладно, прости, – перебивает сама себя. – Это не мое дело.
– Я тоже ничего не понимаю, – вздыхаю.
– Тогда у нас он один на всех. Виктор настойчиво предлагает «проводить» этого типа подальше из города. Но я же вижу, как ты реагируешь. У вас еще не все перегорело. Это очевидно.
– Я не знаю, что у нас. Все слишком сложно.
– Меня бесят до трясучки такие как Оболенский, хотя, когда стоял сегодня под дождем, такой смиренный, врать не буду, даже у меня ёкнуло, – признается подруга.
За окном уже совсем темно. Дождь прекратился, ему на смену пришел порывистый ветер.
Поглаживая животик, который немного подрос, опять вздыхаю.
Неспешно пьем чай с Олей, продолжая непростую тему моего брака.
– Что ты будешь делать? Не представляешь, как мне хочется закричать, «не верь ему».
– Я никуда не уеду, – уверяю подругу. – Мне впервые за долгое время здесь хорошо. Спокойно. Я не променяю это на призрачный шанс.
– То есть, отправишь Оболенского восвояси?
– Я не стану выгонять его из города, – мотаю головой. – Думаю, он и сам уедет, когда поймет, что так как он пожелает, не будет.
– Виктор знает хорошего юриста. Оболенский не сможет ничего сделать. Ты под защитой в этом доме.
– Спасибо.
На самом деле ситуация серьезная и такого врага как Оболенский я бы никому не пожелала, тем более близким друзьям."
"– Он понял, что ты беременна? – спрашивает Оля.