И там еще несколько тел.
— Люди?
— Нет, дарги. Мы нашли Лиссара и еще двух. Судя по ранам, враг напал на них с очень близкого расстояния. Они до последнего не ощущали опасность.
Я услышала, как Габ скрипнул зубами.
Он наклонился ко мне:
— Рори, ты должна укрыться. Послушай меня.
— Нет, — заторможенно качнула головой. — Я остаюсь. Я единственная, кто ее видит.
— Ты ведь знаешь, чего она хочет, да?
Конечно, знаю.
— Заманить тебя в Башню и шантажировать Тэем, чтобы ты провел ее к Колоколу. Но я не хочу, чтобы ты выбирал… между долгом… и сыном…
Последние слова дались через силу.
Габ промолчал. Его пальцы сжались на миг сильнее, а потом отпустили меня. Рука исчезла с плеча.
Он опустился рядом со мной, кивнул кому-то и осторожно высвободил Геллу из моих онемевших рук.
Из глубины моей памяти всплыло чуждое знание:
«…химеры не имеют постоянного тела. Они меняют носителей, перемещаются от объекта к объекту, подселяются к ним, по кусочку съедают души и выпивают жизнь.
— Должен быть способ…
— Ты что-то сказала?
Габ заглянул мне в лицо.
— Должен быть способ поймать ее, — повторила, глядя, как тело Геллы уносят.
Я подумала о той горе тряпок. Габ сказал, что это гнездо. Значит, остатки чужой одежды, пропитанные кровью невинных жертв, и есть «сокровища» нашей химеры. Она не может уйти от них далеко. Не может расстаться с ними. У идеального шпиона и убийцы Разлома есть своя слабость.
Габриэль сообразил это быстрее меня.
— Кайден! Наргель!
Опустив взгляд, я смотрела на свои руки, испачканные в крови Геллы. Над моей головой раздавались команды. А меня душила невидимая петля. Затягивалась вокруг горла колючей проволокой, миллиметр за миллиметром, и я чувствовала, как шипы вонзаются в плоть.
Нет, не в плоть. Прямо в душу.
Гелла, Лиссар…
Десятки или сотни других безымянных жертв…
Иви…
Тэй…
Эта тварь годами кормилась здесь, свила гнездо, собирала кровавую дань.