И пусть характер у олигарха не сахарный, но не настолько он примитивен как хочет представить его Марина.
— И что ты будешь делать, если Молотов обратит на тебя внимание? Сразу прыгнешь к нему в постель?
— Нет, конечно. Папа Димаса — это же не окунь речной, он, блин, настоящий тунец. Его с умом ловить нужно. Если я ему сразу дам, он ко мне интерес потеряет. С такими нужно стерву включать, чтобы он в кровати засыпал с мыслями обо мне. Чтобы цветами начал задаривать, а я такая: «Фи, Сергей Георгиевич.
Марина переводит дыхание и гордо одергивает дерматиновый ремешок китайской Луи Вуиттон, и я, не выдержав, начинаю хохотать. Ну очень у нее серьезный и деловой вид в этот момент.
— То есть поэтому Молотов последний раз был женат двадцать лет назад? Потому что такую умницу как ты не встретил? Чтобы он букет, а ему «фи»?
— Может, и не встретил, — огрызается Марина.
— А я вот думаю, что таких завоевательниц как ты он на завтрак, обед и ужин ест.
Черт его знает, почему я так рьяно кинулась защищать мужскую честь Молотова от гипотетических посягательств Маринки. Наверное, заботливо обмотанный бинтом палец так на меня действует.
— Ладно, не злись на меня, — примирительно толкаю надувшуюся подругу в бок. — Поедешь со мной Димку проведать? Я сразу после менеджмента стартую.
— Не знаю. К нему в палату таких умниц как я пускают?
— Да хватит тебе дуться. Помогать тебе охмурять Молотова я не стану, но и препятствовать не буду.
— А он в больницу к сыну ездит? — мгновенно оживляется Марина, словно единственное препятствие, мешающее ей воссоединиться с Диминым отцом, это мое неодобрение.
— Сказал, что сегодня заедет.
— Тогда решено — поедем вместе.
В больницу мы попадаем только после пяти, потому что из-за начавшегося дождя встряли в пробку. За поездку таксист насчитал нам поистине астрономическую сумму, и я в очередной раз корю себя за то, что не поехала на метро. Сказывается то, что я привыкла ездить на машине с Димой, а к хорошему, как известно, быстро прикипаешь.