Солдаты проводили их насмешливыми криками и свистом, а Орешек, ободренный своей победой, совершил неосмотрительный поступок — приказал к вечеру приготовить для себя баню.
Шайвигар скоренько распорядился: солдатню выставили, лавки продрали с песочком, на полу рассыпали свежие зеленые ветки, по стенам развесили пучки сухих трав для аромата. Все бы хорошо и даже замечательно, однако Хранитель изумил всех, заявив, что желает мыться в полном одиночестве… Да-а, это было потрясением для шайвигара и дало всей крепости богатую тему для разговоров.
Интересно, кто додумался до разгадки тайны? Перепелка с ее длинным языком и живым воображением? Или Аунава, ивушка плакучая? А может, другая светлая голова нашлась? Так или иначе, весь сегодняшний день Орешек ловил на себе странные взгляды, а полтора звона назад притащился лекарь Зиннитин и осторожненько начал предлагать свои услуги, упирая на то, что в Аршмире ему часто приходилось иметь дело с подобными случаями… ну, с кожными болезнями…
Вот так! Весь Найлигрим сочувствует Хранителю, который вынужден скрывать следы некоей ужасной кожной болезни… Чтоб их Серая Старуха в болоте утопила, болтунов проклятых! Интересно, Арлине про это нажужжали или не осмелились?.
Орешек завернул за угол бани — и пред ним предстало зрелище, заставившее забыть обиду и наполнившее душу веселым восторгом.
На пустыре, где Хранитель сорвал Поединок Мастерства, вновь звенели мечи. Аранша, уйдя в глухую защиту, легко отражала удары, что яростно и беспорядочно сыпались на ее клинок.
Орешек улыбнулся. Соперница Аранши была в мужской одежде, с высоко подобранными волосами, но он узнал бы ее в любом наряде, с любого расстояния и в любое время суток.
Он и раньше слышал (от Перепелки, разумеется), что Арлина берет уроки фехтования, но увидеть это довелось впервые.
Наемница заметила Сокола, издала пронзительное короткое шипение и опустила меч. Арлина, не привыкшая еще к сигналу прекращения схватки, продолжала атаку. Аранша уклонилась от клинка и поменяла положение так, чтобы госпожа оказалась лицом к Хранителю.