И сам великан вместе с молотом подался вперед — и рухнул, вложив остаток жизни в этот слепой порыв: раздавить врага, размазать по земле…
Промахнулся, конечно. Орешек увернулся бы и от более проворного противника, чем эта издыхающая туша!
На вершине утеса Арлина облегченно перевела дыхание, скользнула взглядом по склону горы — и яростно стиснула зубы: на краю темного моря кустов зашевелились ветви. В полосу лунного света воровато высунулась черная фигура. Выглянула — и юркнула назад.
Как могла она забыть… Колдун! В пещеру пробирается!
Красивое лицо Арлины исказилось звериным оскалом.
Но маг, чуя опасность, затаился.
Не удержавшись, девушка метнула взгляд назад, на поле боя… и забыла о колдуне и пещере.
Аранша, расстегнув на Айфере куртку, осматривала искалеченный бок. Сокол нагнулся, чтобы перевернуть мертвого великана и высвободить Саймингу. А над ним, безоружным, возник последний уцелевший силуранский воин. Тяжелая булава взметнулась в лунном свете…
Арлина не колебалась ни мгновения. Она обернулась с арбалетом в руках и, не целясь, выпустила стрелу. И стрела так точно нашла путь к вражескому горлу, словно девушка взглядом, волей, любящим сердцем направила ее полет.
Тут же опомнившись, Волчица обернулась к пещере… как раз вовремя, чтобы увидеть, как черная тень скользнула от кустов по открытому каменистому склону и исчезла в темном провале.
33
Понурые и несчастные, сидели на сосновых корнях победители, проигравшие битву. Сидели герои, позорно провалившие боевое задание.
Как ни странно, бодрее других выглядел Айфер — бледный, искалеченный, прислонившийся здоровым боком к большому валуну. Только что с помощью Аранши наемник дополз до тела гиганта, осмотрел своего недавнего противника и убежденно заявил, что это не человек.