Если бы Аудан был жив! Если бы Повелитель Бездны отпустил его хоть ненадолго… поговорить, посоветоваться…
Как был он прав, остерегая короля от союза с Ночным Магом!
Из-за проклятого колдуна все пошло к Серой Старухе в болото. Время уходило, как кровь из жил, а чародей со дня последнего штурма не предпринимал ничего, сидел безвылазно в своем шатре, а твари его куда-то подевались… не хотелось думать, что они попросту разбежались по лесу и будут теперь нападать на каждого, кто подвернется…
Нуртор, махнув рукой, приказал собирать осадные башни, оставленные в долине перед крепостью.
А позавчера колдун внезапно притащился к королю, заявил, что намерен посетить Подгорный Мир, и потребовал для себя охрану. Нуртор распорядился, чтобы с магом был послан небольшой отряд. Вчера в сумерках чародей в сопровождении семерых воинов покинул лагерь, пообещав к утру вернуться в блеске могущества и стереть Найлигрим в кашу из окровавленного щебня…"
"Хриплым спросонья голосом Нуртор спросил, возвратился ли Айрунги.
Ответ был немедленным и ужасным.
Оказывается, перед рассветом на стене крепости появилась некая наемница, громкими криками привлекла к себе внимание силуранских солдат и сообщила, что на дне Медвежьего ущелья лежит куча лапника с приметной вешкой. Под лапником — тела воинов-силуранцев, о которых надо позаботиться, пока их не сожрали звери.
Сотник, наблюдавший за сборкой последней осадной башни, не рискнул сразу доложить об этом своему командиру: мало ли что может наговорить баба, особенно баба грайанская! Он приказал верховым слетать в Медвежье ущелье и проверить, не врет ли крикунья.
И вот сейчас, перед самым пробуждением государя, возвратился один из посланных. Остальные в ущелье — исполняют скорбный долг перед павшими воинами. Под грудой еловых ветвей были найдены семь трупов.
Выслушав это, Нуртор издал такой великолепный рык, что чуть не обрушился шатер.
— Военных советников ко мне!.. А-а, уже здесь… хватит, больше я ждать не стану! Послать приказ тем пяти сотням, что уже перебрались через горы: пусть идут на Ваасмир, обложат его, как медведя в берлоге, и ждут меня. Я не задержусь. Сегодня Найлигрим будет взят!
* * *Рога требовательно, пронзительно, многоголосо гремели над долиной.