Там, на северной стене умирают его друзья, а он тут загорает!
Черный дым… Крики… Отдаленный грохот…
Вот она, война! Вот оно, настоящее сражение!
Любой мальчишка бросился бы туда, забыв обо всем на свете. Но Тайхо был не «любой». Он был солдат и сын солдата. Он жил в казарме, получал жалованье наемника, нес караульную службу наравне со взрослыми, выполняя все, что ему приказывали десятник и сотник.
Сейчас рядом погибали те самые бойцы, что учили его владеть оружием и подсовывали ему во время трапезы кусочки повкуснее.
Если б он был взрослым, с ним так не обходились бы! И почему боги пожелали, чтобы люди так медленно росли?..
Тайхо отчаянно уставился в сторону Арсенальной башни и не заметил, как за его спиной на парапете показалась крепкая волосатая рука. Рядом вынырнула вторая, уверенно вцепилась в камень. Руки напряглись и перебросили через парапет своего хозяина — невысокого худого человека в серых лохмотьях.
Лишь миг помедлил убийца — может быть, потому, что не ожидал увидеть на стене ребенка. Но этого мгновения мальчику хватило, чтобы почувствовать опасность, обернуться и сразу все понять.
Драться Тайхо любил и умел, его обучали самые отпетые сорвиголовы второй сотни. Мальчик уклонился от ножа, упал на бок, перекатился на спину и обеими ногами изо всех сил ударил врага в низ живота.
Над парапетом мелькнули босые ноги. С воплем силуранец полетел вниз.
Тайхо вскочил на ноги, взмахнул цепью и хлестко ударил железным шаром по косматой голове, возникшей над парапетом. Второй враг, не вскрикнув, рухнул с высоты.
Мальчик затравленно огляделся.
Сорвав рог с каменного выступа, Тайхо вскинул его к губам. При этом он не сообразил, что во весь рост виден над парапетом. Хищная стрела, прилетев снизу, клюнула его в плечо. Не почувствовав боли, лишь пошатнувшись от удара, мальчик затрубил тревогу. Голос рога метался над стеной, призывая на помощь, пока вторая стрела не впилась в грудь маленькому солдату…
* * *Осадные башни положили мосты на стену, как боец кладет руки противнику на плечи.