Дарнигар, не раз водивший воинов в сечу, призвал на помощь все свое мужество:
— Я за тебя отвечаю, светлая госпожа. Сокол мне не простит…
— А скажи, Правая Рука, есть ли в крепости хорошие каменщики? Или из Ваасмира привозить придется?
— Какие каменщики? — не понял Харнат и еще больше перепугался. — Зачем каменщики?
— Стену чинить, — доходчиво объяснила Дочь Клана. — Ворота ломать не стану: там часовые, их покалечить можно. Лучше разнесу стену меж двумя башнями. Людей убивать не хочу, но если кто у меня на пути встанет — тут уж я не виновата.
Харнат оцепенел. Как он мог забыть, что имеет дело с Истинной Чародейкой! Ведь на его глазах Волчица обратила в бегство вражескую армию! А жена рассказывала, как в Наррабане госпожа разорвала горный хребет и выпустила на волю пламя вулкана, чтобы разделаться с бандой убийц…
Не сразу Правая Рука понял, что Дочь Клана что-то говорит, обращаясь к нему:
— …и дашь мне охрану.
— Я могу проводить госпожу, — вызвалась Аранша из-за плеча мужа.
На мгновение взгляд Волчицы оттаял.
— Ты же устала, — сказала Арлина заботливо. — Да и промокла, наверное.
— Да пустяки, — весело ответила женщина-десятник. — Дождь кончился, а мне в седле промяться — одно удовольствие.
Побагровевший Харнат хотел было возразить, но поймал предостерегающий взгляд жены и промолчал.
Когда Волчица уже была в дверях, Аранша положила руку мужу на плечо и шепнула:
— «Шустрая красотка» — последнее судно, до весны уже не будет. А дороги — сам знаешь…
Дарнигар просиял, с благодарностью глядя на свою умницу жену. Ну конечно! До реки добраться еще можно, здесь дорога каменистая, предгорье все-таки. Но дальше… Осенние дожди превращают силуранские дороги в жуткое месиво, где телеги вязнут по ступицы колес, кони падают на каждом шагу, а путникам и вовсе не пройти.
Что ж, пусть госпожа проедется до Шаугоса. Там ее путешествие и закончится. Даже Истинным Чародейкам не все на свете подвластно.
С этими утешительными мыслями дарнигар вышел на крыльцо.