И гребня не было на плоской черной голове…
О Безликие! Арлина дала пинка по носу совершенно чужому, постороннему дракону!
* * *Керумик охотился на противоположном склоне горы. Ему не везло, и он уже собирался вернуться к входу в пещеру с пустыми руками, как вдруг заметил у подошвы горы знакомое спиральное сооружение, похожее на раковину улитки.
Вход во дворец Хозяина? Но ведь здесь только что ничего не было!
Как же это прикажете понимать? Хозяин напоминает об обещании? Торопит? Грозится достать их где угодно?.
Так или иначе, надо возвращаться к пещере. Узнать, как там с этой дурацкой затеей насчет глиняной куклы. И решить, что делать дальше.
* * *Завизжать от страха? Попытаться убежать? Упасть в обморок?
Как бы не так!
Арлина с детства ходила с дядей на охоту и знала, что надо делать, если без оружия встретишься с медведем. Главное — побольше шума и нахальства!
Волчица выронила притворяшку, подхватила с земли увесистую корягу и врезала дракону куда попало (а попало по тому же многострадальному кончику носа).
Дракон — владыка Подгорного Мира. Самое могучее из чудовищ. Непобедимый боец. Даже Клыкастая Жаба спешит спрятаться, увидев в облаках распахнутые перепончатые крылья. Дорогу дракону может заступить лишь другой дракон.
Но если прямо перед пастью возникает неизвестное существо, издает боевой клич и с ходу бьет гордого повелителя небес по носу (откроем драконью тайну: нос — довольно чувствительное место)… Что ж, такое существо, вероятно, знает, что оно делает!
И если ты привык всю жизнь преследовать убегающую дичь, то внезапная атака вполне может тебя смутить… мягко выражаясь.
Драконам трудно взлетать с ровной поверхности — нужен разбег. Но потрясенный грубым нападением черный бедняга рванул в небеса по прямой, словно вспугнутый голубь. Только крылья оглушительно захлопали.
Арлина стояла, стиснув свое оружие и ожидая нападения сверху.
Но крылатое чудовище не стало разворачиваться для боя. Улетело куда-то прочь, в безопасное место — успокаивать взбудораженные нервы и зализывать разбитый нос.
Вот тут-то на Арлину и накатил страх. Женщина выронила корягу и со стоном опустилась наземь. В бок молча тыкался притворяшка, но не было сил поднять руку и погладить малыша.