Самые храбрые и любопытные начали осторожно возвращаться на площадь. Не каждый день прилетают драконы, Интересно же! А удрать всегда успеем…
Жрецы отступили под защиту священных колонн, но наутек не бросились, вдохновленные примером главного жреца, который застыл на месте, вытянув руки в жесте, отвращающем беду. Старик не бежал не потому, что был слеп и не мог должным образом оценить опасность. Нет, его чуткий слух разобрал в многоголосом шуме слово «дракон», уловил тяжелый свист крыльев, различил короткий стон ужаса, вырвавшийся из груди Нуренаджи.
А вот у Тореола такой уверенности не было: он помнил о подслеповатости дракона. Поспешно шагнув вперед, принц громко, отчетливо сказал:
— Эрвар, это я! Пожалуйста, не зашиби своих!"
"Дракон обернулся на голос. И на всю площадь раздалось звучное, приветливое:
— Дружище, ты цел? Тебя никто не обидел?
На спине дракона, под откинутыми назад крыльями, зашевелилось что-то живое.
— Ты жив! Как здорово! Это я… я позвал… я привел дракона!
Звонкий голосишко пролетел над площадью — и успокоил многие перепуганные души. Дракон, который повинуется воле ребенка… может, это еще не кара за грехи людские, а?..
К сожалению, осмелели и стражники. Без команды лязгнули спусковые крючки трех арбалетов. Потревоженными птицами прокричали три тетивы. Три тяжелые короткие стрелы рванулись к голове дракона, метя в глаза.
Дракон успел пригнуть голову. Две стрелы ударили по твердому гребню и, потеряв боевой задор, брякнулись на мраморные плиты. Третья попала в черный валик надбровья, застряла среди чешуек. Эрвар раздраженно смахнул ее лапой.
Стражники, как и их стрелы, потеряли боевой задор.
— Вы с ума сошли, что за хамство! — возмутился дракон на всю площадь. — Сейчас же уберите арбалеты, больно ведь! Вы мне в глаз могли угодить!
И так хлестнул хвостом по ступеням, что полетели мраморные осколки.
Вот тут-то в игру вступил Незаметный. Он сразу понял: это его шанс! Его оружие против Нуренаджи!
Незаметный тихо встал меж двух колонн (он давно заметил, что с этого места голоса жрецов особенно четко и далеко разносятся над площадью).