— Ну так-то он прав, — грубовато выдала я. — От нас действительно не ромашками несет. Зачем вещь портить, лиса?! Это глупо!
— Чтобы ему надоело! — вспылила она и, выхватив из моих рук, откинула тунику в сторону. — Чтобы замучился и отступился. Что думаешь, не соображаю, какая это дурость?! Да и... вымыться правда хочется. Но я не хочу ничего принимать от него! Не хочу!
— Не дури, и не будь твердолобой! — моему возмущению не было предела. — Ксани, люди меняются и оборотни, я думаю, тоже. Ты же ему и шанса не даешь!
— У меня был другой.
— У меня тоже! — резко перебила я ее. — Твой хоть умер, а мой неясно. Дается мне, просто забыл! Хотя он и не обещал ничего. Сама влюбилась, сердце отдала и обманулась. Ты любила и это прекрасно, но мертвые не возвращаются, Ксани. Их нужно отпускать и идти дальше. Дай шанс живому!
— Он лев!
— А я лера! — я больше не пыталась говорить тихо. — Чистокровная магичка! Отпрыск богатого рода. Тебе рассказать, что творят лерды и члены их семей? Неужто не слышала. Не видела? Сожжённые магическим пламенем деревни.
— Нет! — рявкнула она.
— Вот и весь ответ, — я упрямо выставила вперед подбородок.
По глазам ее видела — растерялась.
— Я не верю ему, Астрид, — тише выдохнула она. — Не верю ни единому слову.
— А вот это уже другой разговор. «Не верю» не равно «он подонок», и все тут. Я что-то тоже особо пока уши не распускаю. Подсказали мне кое-какую мысль. Как насчет того, чтобы самим пошпионить за военачальниками? Все разнюхать, разведать. Тут подслушать, там услышать. Глядишь, и докопаемся до правды.
— Зачем оно мне? — она резко стушевалась.
А уверенности-то там особо и нет. Боится лиса.
— Что силы духа не хватит правду узнать? — подначила я ее. — А я ночью тогда на поляне не спала. Видела, как он тебя спать рядом с собой укладывал. Двуличен лев, не такой уж и грозный он кот. Но ты ведь сама это знаешь. Нежен, поди, когда полог этой палатки опускается?!"
"— Хватит, Астрид, ты бьешь по больному, — обняв себя руками, она поднялась. — Я знаю, какой он. Знаю, кто он.
— Да ничего мы не знаем, Ксани.