Во-вторых, его, Леню Маркиза, мошенника всех времен и народов, как иногда он сам называл себя в приступе самомнения, обманули как элементарного лоха!
Обжулили, обвели вокруг пальца, обули!
Обштопали, обмишурили, объехали на кривой козе, провели, как мальчишку-второклассника!
– Стыд и позор на мою седую голову! – простонал Леня, слезая с подоконника.
Он еще раз вспомнил все предшествующие события, и афера, жертвой которой он стал, проявилась перед ним во всей своей элегантной простоте."
"Когда блондинка шла в дамскую комнату, сумки при ней не было.
Надо признать, что сцена была разыграна как по нотам! Тот тип заморочил всем голову, сцепившись с девицей за стойкой, а его напарница подменила сумку.
Но он-то хорош – ничего не заметил, ничего не заподозрил! А все почему – загляделся на девицу, точнее, сразу на двух – на брюнетку за стойкой и на блондинку в красном пальто…
Нет, права, права Лолка – рано или поздно его погубит любвеобильная натура!
Вспомнив про Лолу, Маркиз содрогнулся.
Страшно даже подумать, что она скажет, когда узнает, что у него похитили Пу И! Пу И, ее драгоценность, ее любимца, ее единственного настоящего друга, как Лолка часто любит повторять!
Нет, лучше не возвращаться домой! Лучше немедленно уехать, улететь куда-нибудь далеко-далеко, на край света, где Лола никогда не найдет его!
Леня всерьез задумался, где лучше – в Новой Зеландии или в Патагонии.
Но тут же он мысленно одернул себя.
Как он может даже думать о том, чтобы трусливо скрыться, оставив Пу И в руках жестоких похитителей?
Тут его мысли потекли в новом направлении.
Пу И похитили настоящие профессионалы. Наверняка они хотят получить за него выкуп. А значит, еще не все потеряно. Они с Лолой заплатят за Пу И любые деньги – лишь бы песик не пострадал, лишь бы он вернулся в лоно семьи живым и здоровым!
А значит, он должен вернуться домой, стойко вынести все, что скажет и сделает Лола, и ждать, когда похитители проявятся и выскажут свои условия… Они обязательно проявятся, нужно только успокоиться и ждать.
С этой мыслью Леня вернулся к стойке.
– А где же ваша знакомая? – спросила его бариста.
– Знакомая? – переспросил Леня, с трудом скрыв раздражение.