Там, в коридоре, стояло не меньше трех человек.
— Я не звала тебя, Сарна. У меня раскалывается голова — я даже на обед не пошла. Уходи.
Дверь постепенно затягивал малый артефакторный щит — мощная, но очень, очень медленная штука. Зато пробить этот щит может только чрезвычайно серьезное проклятье. Немного подумав, Маргарет набросила такой же и на дверь в спальню. На тот случай, если его опоенному величеству захочется еще сладенького.
После чего, кое-как запахнув кружевной халатик, вернулась в то же кресло, в которое ее бросил король.
«Надо к целителю сходить, — мрачно подумала она, — может, просто аллергия».
Шмыгнув носом, поджала под себя босые ноги и пригорюнилась сильнее — холодно, страшно, стыдно и учебники читать не совсем не хочется! Что за отвратительная жизнь?!
В дверь ударили чем-то волшебным. Мэдчен Саддэн подскочила на месте, гневно сощурилась и выплела одну хитрую вещицу — «плевунью».
— Главное — использовать с умом и в меру, — процитировала Маргарет витиеватую фразу на форзаце учебника пакостей.
И если таинственные гости за дверью чуть успокоились, то сама Маргарет мало того, что взбесилась, так еще и замерзла. И губы, зацелованные Линнартом, с непривычки немного саднили. Хоть сам поцелуй и длился всего лишь одну сладкую… то есть, гадкую минуту.
В гостиной было всего одно окно, и то фальшивое — сквозь него наружу не выйти и не посмотреть, что там за наглецы. Может, на Кальдоранн напали и дворец подожгли!
Тихий скрежет заставил Маргарет резко развернуться к стене.
— Маргарет, ты жива? — свистящий шепот Тамиры сразу успокоил мэдчен Саддэн.
— Жива и ничего не понимаю. У меня одежды нет и в спальню не войти.
— Держи осаду, сейчас притащу что-нибудь, — хихикнула Тамира.
— Погоди, лучше меня вытащи. Я хочу зайти к ним с тыла. По головам пересчитать.
— А ты по голосам не узнаешь?
— Мне не слышно — щит поставила.