– Эка невидаль, они сейчас у каждого второго есть, – ринулась в атаку Лена, – я честно плачу налоги, могу тратить деньги куда хочу, хоть сжечь!
– Подскажите название поселка, где расположен ваш дом, – попросил Филипп.
– Я живу в Костякове, – сообщила Лена, – в деревне. Купила там двухэтажный особнячок за низкую цену у семьи, которая в загранку податься решила. Улица Красноармейская, восемнадцать. Это почтовый адрес. На самом деле дом стоит на опушке леса, подъехать к нему можно по дороге, которая на кладбище ведет.
– Неуютно жить рядом с погостом, – заметила Небова.
– Вам неуютно, а мне отлично, – огрызнулась Диванкова, – от МКАД десять минут, воздух упоительный, прямо как в Швейцарии. С деревенскими я не общаюсь, не вижу их. В местный магазин не хожу. Кладбище давно закрыто, там хоронить запретили еще до Отечественной войны. Могилы заросли, памятников не было, кресты деревянные стояли, они все попадали.
– Охрана на воротах участка… – начал Степан.
Ленка быстро заткнула моего мужа:
– А смысл ее нанимать? Если настоящих секьюрити приглашать, то они о-го-го сколько стоят.
Мирон посмотрел на Степана.
– Резюмирую: Федор мог слинять незаметно…
– Нет, – снова не дала ему договорить Лена, – машина у Федьки сломалась.
– Почему? – удивился Степан.
– Жених с невестой не должны ночь до бракосочетания проводить вместе, – объяснила Ленка. – Это плохая примета. Поэтому я сняла номер.
– Укатить можно и на такси. Зачем отель, – пожал плечами Мирон, – мужик мог в своей квартире переночевать.
– А она у него есть? – засмеялась Лена. – Федя прописан в коммуналке. Жуткое место. Лебедев спал в номере, утром за ним за первым заехал лимузин. Потом забрал меня. Я вышла в платье, с прической, красивая-красивая, и мы приехали в загс.
Глава одиннадцатая
– Теперь расскажите нам, почему Серафима решила сорвать вашу свадьбу, – попросил Степан.
Ленка затараторила, рассказ ее растянулся надолго. Я знала кое-что из того, о чем говорила Диванкова.