– Именно так, мы с репортером устроились вон там у стены, – объяснил заместитель главного редактора.
– В кафе мало посетителей, – объяснила я, – они сидят на значительном расстоянии друг от друга. Здесь можно спокойно вести разговор, но тем не менее я попросила устроить нас в отдельном кабинете.
– Вилочка, – радостно заговорила женщина в элегантном платье, подбегая к нам, – любовь моя, сто лет не виделись. Тихое местечко для тебя готово.
– Спасибо, Алина, – поблагодарила я управляющую и обратилась к Олегу: – Зовите корреспондента и приходите в кабинет, он находится вон за той дверью.
– Тебе чаю с вареньем? – осведомилась Алина. – И пару кусков нашего фирменного кекса?
– Лучше и не придумать, – обрадовалась я.
– Чмоки, душенька, обожаю тебя, – воскликнула Алина и умчалась.
А я вошла в кабинет, села в кресло, включила диктофон и демонстративно положила его на стол.
Дверь открылась, показался Михайлов, он обернулся и сказал кому-то, кого я пока не видела:
– Давай заходи. Хорош стоять! Виола Лампипудовна не ест младенцев.
– Моего папу нарекли именем Ленинид, – не выдержала я, – Лампипуд ни малейшего отношения ко мне не имеет! А насчет детей вы тоже не правы. Я не люблю малышей, которые решили стать журналистами и делают карьеру, транслируя вранье."
"Из коридора донеслись всхлипывания. Я удивилась. Мне приходилось сталкиваться с представителями прессы, которые выдумывали невероятные новости. Один раз автора детективов Арину Виолову похоронило одно популярное интернет-издание.
– Арина Виолова скончалась, я точно знаю. Но сейчас она ожила. Вот новая сенсация!
Большинство представителей желтой прессы ведут себя так же: отрицают очевидное и настаивают на своей правоте.