На секунду он опешил, потом расхохотался:
– Это же я! Как похож!
Игрушка произвела настолько сильное впечатление, что спустя несколько дней мне позвонил секретарь Леонова и спросил:
– Может кукольница приехать в офис Никиты Ивановича? Он хочет с ней поговорить.
Оля отправилась на встречу, потом рассказала нам с мужем, что у бизнесмена родилась идея сделать больших Читайку и Нечитайку. Никита хотел их поставить у входа в издательство, которое выпускает книги для детей. Оля стала постоянно встречаться с Леоновым.
Валентина потупилась.
– Понимаете, я всегда слышала от родителей: «Оленька маленькая, уступи ей». Разница в возрасте у нас три года. Но я всю жизнь большая, Оля – ребенок. Сестра рано начала мастерить кукол, легко поступила в художественный вуз, там ее сразу полюбили педагоги. А я серая мышь, троечница, да еще косолапая. Оля возьмет старую скатерть и на раз-два сошьет из нее маме такое платье, что народ обзавидуется. А я пуговицу пришить не способна, обе руки левые. Ну никаких у меня способностей нет.
Валентина взяла чайник и наклонила его над своей чашкой.
– Зачем я столько рассказала? Чтобы вы поняли: Оля с детства жила среди тех, кто на нее надышаться не мог.
Валентина сделала глоток из чашки.
– Вскоре после того, как я стала жить самостоятельно, она ко мне примчалась, держа в руках сверток с младенцем. Зарыдала: «Валюша, помоги, я родила от любимого человека, а он меня бросил. Родители в бешенстве, сначала требовали аборт сделать, теперь велят девочку в приют сдать. В интернате отказались ее брать, мест нет, и вообще застыдили меня.