Долонович пожал плечами, а Позин примиряюще сказал:
— Гаврик, ты умный и активный. Не трать свои нервные клетки на Аркашу — он тебе за это ничего не заплатит. Давай переходи к делу!
Эта троица составляла своего рода «мозговой трест» будущей предвыборной кампании и должна была конкретизировать и развить разрозненные идеи, впервые прозвучавшие на встрече «семьи» на даче Бакурина.
— На коммунистической опасности эту кампанию не построишь, — задумчиво произнес Петропавловский.
— Да какая уж от них опасность. Дядюшка Зю блаженствует в роли бессменного лидера оппозиции.
— Олигархам опаснее всего тандем Лужков — Примаков. Если кто-то из них придет к власти, обязательно прогонит их со скандалом и назначит олигархами своих. — Петропавлорский бросил взгляд на невозмутимого Долоновича. — А «Яблоко» с его пацифистскими настроениями избирателей потеряет — страна жаждет чеченской крови.
— Да уж, Гришенька занял на нашей политической сцене ложу честного, бедного и непонятого и пусть там сидит. Иметь принципы да еще и отстаивать их в нашем мире недешево стоит, — произнес как приговор Шура.
— С доблестным «сыном юриста» у нас проблем, само собой, не бывает. И правые давно приручены. Если вдруг наш сорокалетний вечный «киндер-сюрприз» зачудит, Толик его мигом на место поставит, — соображения Гавриила не вызвали никаких возражений. — Печально одно: дорогое в прямом и в переносном смысле дитя нашей власти НДР сдулся, как детский цветной шарик.
— Идея-то здравая, а успеем ли? — подал голос Долонович.
— При солидных наличных деньгах в России за два месяца можно раскрутить любую кандидатуру и на пост Президента, — самодовольно заявил Петропавловский.
— Ты циник, Гаврик, — ухмыльнулся Позин."
"— Ну, хочешь на спор, сделаем Саню депутатом, к примеру, от Ямала, — с вызовом произнес политтехнолог, — понадобится небольшая пластическая операция — укоротим нос, изменим немного форму глаз, чисто побреем, а когда будешь выступать перед избирателями, не забывай говорить «однако».