— Если только на часик, — взглянув на часы, отозвался Савелий, — дела еще есть…
XII. «Семья» зашевелилась
В элитном подмосковном поселке, где в уютных коттеджах обитали исключительно высокопоставленные члены правительства и президентской администрации, с безопасностью все было всегда в порядке. Милиция охраняла все подъездные дороги, а внутри самого поселка следила за порядком собственная Служба безопасности, руководство которой, кстати сказать, осуществлялось одним из жителей этого поселка — бывшим генералом Калошиным.
Плюс к уже упомянутой охране почти у всех хозяев двух — и трехэтажных коттеджей, которые свободно раскинулись под вечнозелеными кронами сосен, была еще и личная охрана, состоящая из двух-трех телохранителей.
Некоторые, особенно опасавшиеся за свои драгоценные жизни, имели по целому штату охранников, которые, сменяя друг друга, дежурили круглые сутки возле своего босса, сторожа его покой и безопасность.
Одним из самых охраняемых людей был банкир Александр Соломонович Долонович. Входя в первую десятку богатейших людей страны, банкир Долонович, как уже говорилось, старался держаться в тени.
— Не солидно как-то, — отвечал он просившим у него интервью журналистам,
— деловой человек должен быть скромен, да и чем я интересен публике? Я же не певец Киркоров!
Александр Соломонович считал, что не физическая сила, не внешние привлекательность и обаяние украшают настоящего мужчину. Его ценность определяется количеством денег на банковском счете.
«Больше дела — меньше слов!» — этот давнишний пионерский девиз с детства нравился бывшему талантливому физику.
Долонович всегда мало говорил, но много делал, постоянно приумножая свой капитал. Всем деловым людям была известна изощренная финансовая комбинация, которую Долонович провел через свой банк «Российский резерв» в середине девяностых годов.
В результате махинаций с облигациями внутреннего валютного займа (ОВВЗ) пятой серии-, которые Александр Соломонович обменял на казначейские налоговые освобождения (КНО) для газовой компании «Амера», а последние снова обменял на ОВВЗ, но уже седьмой серии, государственный бюджет России потерял около пятидесяти миллионов долларов.
"Позднее, когда Александр Соломонович близко сошелся с окружением Президента и стал оказывать многочисленной «семье» финансовые услуги личного характера, взаимоотношения Долоновича и бюджета стали еще более интимными: не надо быть выдающимся экономистом, чтобы понять — банкир всегда оставался с немалой прибылью.