Савелий разбинтовал голову Велихова, -и перед ним предстало лицо, сплошь покрытое синяками. Оно напоминало лицо банкира, и Савелию на миг пришла в голову мысль, что с ним кто-то сыграл очень злую шутку, но тут раздался голос секретаря, который, упав на колени, уставился на лицо лежащего.
— Боже мой, кто этот человек? А где мой хозяин? — Он еще больше испугался, и его испуг и недоумение были совершенно искренними.
Бешеный внимательно осмотрел лицо и сразу же обнаружил на нем следы швов, по-видимому, от пластической операции.
— Я ошибся, Константин Иванович, это не Велихов! — виновато проговорил он.
— Ты где, крестник?
— На Филиппинах…
— Ничего себе! — Генерал даже присвистнул. — И каким же ветром тебя туда занесло?
— Извините, Константин Иванович, я вам перезвоню… — ответил Савелий и положил трубку.
Он склонился над неподвижным телом «банкира» и, подняв его правую руку, на мизинце разглядел наколотые три точки.
Савелий невольно усмехнулся, подумав: «Надо же, ловил одну акулу, а поймал другую, хотя, конечно же, и не такого размера, как сам банкир. До чего же ты докатился, господин Рассказов, если тебе пришлось поменять свое лицо на лицо этого стервятника? Интересно, чья это была идея, превратить тебя в Велихова, — твоя или его? Конечно, было бы полезно послушать самого Аркадия Романовича, но и твой рассказ, господин Рассказов, тоже наверняка будет любопытным.
…В Марселе Аркадия Сергеевича Рассказова встречал Милан Дворжак, который вручил ему чек на пять миллионов долларов: к тому времени Тим Рот уже получил информацию о том, что сотрудники ФСБ сумели обезвредить в ГУМе подготовленный Рассказовым заряд. Агент Десятого члена Великого Магистрата сообщил, что ему не удалось выяснить подробности, поскольку человек, предотвративший взрыв ГУМа, настолько засекречен, что попытки разузнать о нем едва не закончились его собственным провалом.