— Но… — Роже даже покраснел от возмущения, — вы хоть понимаете, что просите?! Это немыслимо! Прошу вас немедленно покинуть мой кабинет! В противном случае я вынужден буду вызвать охрану!
— Своими действиями вы навредите только себе, — все так же спокойно произнес Савелий, акцентируя слово «себе». — Если мы не договоримся, .; то я не уверен, что вы в дальнейшем будете занимать этот прекрасный кабинет… Да и позвать кого-нибудь на помощь вы тоже вряд ли сумеете.
— Вы еще смеете мне угрожать?! — вскипел Роже.
Он повернулся к рабочему столу, и его рука потянулась то ли к кнопке звонка, то ли к телефону.
Савелий перехватил руку и сжал запястье. От железной хватки Бешеного хилая ручонка банкира побелела, в ней что-то хрустнуло; Роже дернулся, но, почувствовав боль, снова опустился в кресло.
— Вам лучше сейчас не дергаться… В ваших интересах внимательно меня выслушать, — спокойно сказал Савелий и с холодной улыбкой посмотрел на банкира."
"В его глазах Гвидон Роже увидел такую стальную силу воли, такую неизбежность и неотвратимость собственной судьбы, что понял: пока этот незваный гость не пожелает, пока не получит своего, ему со своего места не встать…
— Я весь внимание… — обреченно пробурчал Роже.
— Давайте расставим точки над «i», — продолжил Савелий. — Вам, конечно же, знакомо имя Серджио Лаци? Он когда-то руководил банком «Амброзио», а сейчас скрывается от итальянской полиции в Лихтенштейне — не так уж и далеко отсюда. Я мог бы вам назвать его более точный нынешний адрес, но уверен, что вы и сами его прекрасно знаете, ведь вы регулярно общаетесь друг с другом, не так ли?
— Это же откровенный шантаж! — визгливо, не слишком громко воскликнул Роже.
— Что, вы думаете, с вами произойдет, если итальянская полиция получит информацию — причем, естественно, от вашего имени! — о месте нахождения Серджио Лаци? — Савелий сделал эффектную паузу, позволяя банкиру представить последствия сказанного.
— Это почему же? — не удержался от вопроса Роже.