— Я не твой подчиненный в Приграничье, чтобы делать все, что ты мне скажешь, — посмотрев на брата, бросил Кайл. — Она, — кивок в мою сторону, — прошла сквозь пламя. Без артефактов. Как феникс. Более того — как ты.
Судя по изменившемуся выражению лица, об этом Нориану еще известно не было.
— Это какая-то ошибка, — с долей сомнения произнес он.
— Свидетелей — десятки, — опроверг Кайл. — И я не могу подступиться к ее искрам из-за мощного внутреннего щита. Это не говоря о ее сегодняшнем «подвиге» но отношению к риаху.
Нориан перевел взгляд с него на меня и обратно, после чего ответил:
— Проблема в том, что даже если бы хотел, ничего тебе рассказать я бы не смог."
"— Хочешь сказать, ты не знаешь, почему у этой девицы столько… особенностей? — явно не поверил Кайл.
Усмехнувшись, Нориан вернул его же реплику:
— Я не твой подчиненный, чтобы оправдываться и что-то тебе доказывать.
Удивительно, как он практически точь-в-точь повторил мои недавние мысли.
Происходящий разговор касался меня напрямую, но я наблюдала за ним как будто со стороны. Казалось, что весь сегодняшний вечер и ночь — просто сон, который исчезнет с первыми проблесками рассвета. Желание оказаться в одиночестве было единственным, что осталось во мне в настоящий момент.
И оно быстро исполнилось. Нориан Снэш не позволил брату больше меня задерживать и вознамерился вернуть в институт.
Когда сказала, что сегодня останусь здесь, препятствовать этому Нориан не стал. Только проводил до самого дома, и весь путь до моего квартала мы проделали молча. Я была благодарна ему за многое, а теперь еще и за то, что он не мучил меня вопросами, ответов на которые все равно никто из нас не знал.
Разве что у самого моего дома, увидев уцелевший этаж, спросил:
— Вы живете там?
Я кивнула, понимая, что тем самым добавила дополнительный вопрос в копилку уже имеющихся.
Интересным был тот факт, что лестница в доме тоже практически не пострадала, как и несущие стены. В сущности, наш дом большей частью обгорел снаружи и пострадал в основном визуально. На некоторых соседних строениях пожарные вешали таблички с надписями о том, что входить внутрь запрещено.