Крылья феникса

— Этой информацией владеют немногие, но тебя она касается напрямую, поэтому ты имеешь право знать, — произнес Нориан, свет которого стал ярче. — Сейчас уже мало кто помнит, почему нареченных фениксов называют аэллинами. Первоначально Аэллина — это имя. Так звали девушку, которая около шестисот лет назад поступила в Академию света, существовавшую на месте нынешнего института. Она бежала из дома, чтобы начать самостоятельную жизнь и исполнить давнюю мечту — обучиться магии. Там, в академии, она познакомилась с Лосценом Снэшем, с которым у них возникли взаимные чувства.

Любовь. Настоящая любовь. Светлая, чистая, обладающая удивительной силой.

Он сделал короткую паузу.

— С ними двоими связана малоизвестная легенда, которую в нашей семье считают реально произошедшими событиями. Когда случился самый крупный в новой истории Артогана прорыв, именуемый «Кровавым светом», Аэллина находилась в Северной башне вместе с остальными студентами. Многие из них рвались в бой, но фениксам был отдан четкий приказ защищать их и не позволять участвовать в битве.

Исключение составляли лишь пятикурсники и профессора, обладающие необходимыми силами, чтобы присоединиться к легионам фениксов. Северная башня была защищена сильнейшим, созданным совместными усилиями куполом. Когда покрывающий академию барьер пал и на территорию хлынули порождения тьмы, башня устояла. Но началась кровавая бойня, которая происходила на глазах всех тех, кто находился в башне. Не только академия, но и весь Дрейдер, даже практически весь Артоган погряз в крови и хаосе. Первому легиону фениксов, возглавляемому Лосценом, удалось подавить прорыв близ академии, и они отправились в город.

— Сейчас начнется самое интересное, — вставил Кайл, явно не испытывающий особого пиетета перед историей своего рода.

Не обратив на него внимания, Нориан продолжил:

— Фениксы проигрывали, но держались из последних сил. Порождения расчищали путь для самой тьмы, желающей войти в империю. Точно неизвестно, что произошло в Северной башне, но Аэллина выпрыгнула из окна.

Согласно легенде, она почувствовала, что Лосцен серьезно ранен, а затем ей явился сам Пресветлый. Спрыгнув с самого высокого этажа, она должна была разбиться, но этого не произошло. В тот же самый момент Лосцен, в свою очередь, почувствовал угрожающую ей опасность, и связь между ними достигла апогея. Она была столь сильной, что Лосцен сумел, невзирая на разделяющее их расстояние, передать Аэллине ровно половину своих сил.