Лида с ума сойдёт от волнения, в отличие от моей родной матери, с которой мы могли не видеться годами.
— Вы можете мне рассказать, к чему такая срочность? — осторожно спросил Щавелев.
— Человек умирает. Попытаюсь ему помочь, — я не хотел пока вдаваться в подробности.
— Ясно. А куда мы идем?
— В лаборатории, а потом в оранжереи.
— Вы уже знаете, что вам нужно?
— Конечно, иначе меня бы здесь не было."
"Профессор больше не задавал вопросов, а лишь внимательно наблюдал за мной. Я уже побывал в двух лабораториях из трех и знал, что и где находится.
Затем я открыл дверь второй лаборатории и принюхался. Ага! Здесь тоже есть то, что мне нужно — сушеные лягушки.
В третьей лаборатории я взял пучок сухого манароса, использовавшегося для защиты от комаров и мошек. На самом деле его свойства были гораздо шире, но никто о них не знал.
— Теперь в оранжерею! — я запер лаборатории и двинулся к лестнице.
Щавелев поспешил следом. Мне нужна была та оранжерея, в которой проходил экзамен. Именно там я унюхал то, что мне сейчас пригодится.
Я не стал включать свет и в полутьме поспешил туда, где росло нужно растение.
— Будьте осторожны! Не заходите за красную сетку! — крикнул мне вслед Щавелев.
Ага, так я и послушался. Именно за красной сеткой находилось то, что мне нужно.
Отодвинув край сетки, я просунул руку в пышно растущий куст, сорвал несколько ягод и засунул их в карман.
— Большое спасибо за сопровождение. Извините, что побеспокоил в столь поздний час, — сказал я и хотел уже вернуться к машине, но профессор схватил меня за руку.
— Вы сейчас куда?
— В лечебницу Коганов.
— Я с вами, — решительно заявил он.
— Зачем?
— Я хочу увидеть, что вы создадите. Научный интерес.
— Ну ладно. Поехали, — пожал я плечами.
Мы вернули ключи охране, сели в мой седан и поехали к лечебнице. Я мельком взглянул на телефон и увидел, что пришло несколько сообщений от Когана. Он обещал больше не звонить, но о сообщениях разговора не было. Я даже не стал их открывать. И так понятно, что он сильно переживает и хочет знать, что происходит.