Прибытие в следующий город ожидалось не раньше вечера, и Тиффани даже не знала, будет ли там остановка. Предполагалось, что переселенцы сойдут с поезда утром, что сулило им с Анной относительную тишину и покой на несколько оставшихся часов путешествия.
Гиббонс встал и шагнул в проход, чтобы пропустить дам к их местам у окна. Он галантно занял место с краю, где ему приходилось терпеть толчки пассажиров, которые проходили мимо, покачиваясь на ходу. А поскольку их вагон располагался в середине поезда, через него постоянно шли люди, направляясь в вагон ресторан и возвращаясь оттуда.
— Нам следовало подождать, пока рассосется очередь, — посетовала Анна, пробираясь к своему месту.
— И снова остаться без обеда? — отозвалась Тиффани, подождав, пока Анна сядет. — Уж лучше разделить столик с другими пассажирами.
Наблюдать за окрестностями, мимо которых они проезжали, было единственным развлечением для обеих, и они по очереди занимали место у окна. Со среднего сиденья тоже открывался ничем не заслоненный вид, просто сиденье у окна предоставляло более широкую панораму.
Поезд следовал через южную часть Висконсина, где на тучных полях колосилась пшеница, но Тиффани слышала от попутчиков, что земля там становится все менее плодородной, вот почему многие из них так радовались возможности начать новую жизнь в Монтане. Собственно, радовались в основном мужчины. Их жены грустили, вынужденные бросить дома, где жили несколько поколений их предков, а некоторые даже плакали.
Местность в Миннесоте оказалась интереснее, перемежаясь озерами и степями, хотя там тоже имелось немало ферм.
Анна в этот момент дремала, положив голову на плечо Тиффани. Та не стала будить ее, чтобы показать индейцев, и решила вообще не упоминать о них, чтобы не тревожить лишний раз свою горничную. Роуз заверила их, что индейские войны в Монтане закончились и последнее крупное сражение произошло шесть лет назад.