Но в ее ограниченном гардеробе больше ничего не было, не считая кухонного облачения, которое она не собиралась надевать даже под страхом смерти. К тому же она по прежнему надеялась, что, глядя на нее, Хантер образумится и сам поймет, что шелк и шпоры не сочетаются.
Как только они прибыли на место, вокруг Роуз собрались люди, которые знали ее еще в те времена, когда она жила здесь. Тиффани рассчитывала держаться возле матери, но толпа желающих поприветствовать Роуз оказалась слишком большой.
Рой увел ее прочь, видимо, на этот вечер назначив себя ее защитником, и начал с того, что, раньше чем она успела сказать хоть слово, отверг трех первых кавалеров, которые пригласили ее на танец.
— Хочешь поговорить об этом? — нерешительно спросила она.
— Что? — спросил Рой, взглянув на нее. — А, ты о ней. Нет. Она ясно дала понять, что нам с ней не по пути.
— Жаль, — кротко отозвалась Тиффани. Черта с два ей жаль!
— Но, может, ты объяснишь, что она имела в виду, когда сказала, что в моем доме слишком много женщин? В нашем доме всегда были женщины. Служанки, например. Какая то бессмыслица.
Тиффани взяла его под руку и подалась ближе, прижавшись к его плечу.
— Ты ведь еще не собираешься остепениться?
Он ухмыльнулся.
— Вроде нет.
— В таком случае забудь. Каждый день на Запад приезжают все новые женщины. Ну, может, не каждый день, но к тому времени, когда ты будешь готов жениться, выбор значительно расширится.
— Либо я последую папиному примеру, положив начало семейной традиции.
— Чем больше выбор, тем лучше.
— А как насчет тебя? Отвечай скорей, потому что он направляется к нам."
"Тиффани заметила его одновременно с Роем. Хантер пробирался через толпу, двигаясь в их сторону. Она потянула Роя к танцевальной площадке.
— Потанцуй со мной.
Он рассмеялся.
— Черт, я не танцую.
Ковбой, стоявший рядом, не упустил своего шанса.
— Зато я танцую, и она задолжала мне за мытье полов.
Рой бросил на сестру вопросительный взгляд, но, прежде чем успел возразить, парень, оказавшийся одним из ковбоев Каллаханов, увлек ее на танцплощадку. Тиффани помнила его, хотя и не по имени.
— Я первый, кто заполучил вас на танец, — заявил он ликующим тоном, ухмыляясь до ушей. — Теперь буду хвастаться целый год, если босс не убьет меня за это.
Он оказался вдохновенным танцором.