— Вижу, у тебя другие… Замолкаю.
Тим приподнимает руки в жесте «сдаюсь», хотя его никто не затыкал. У Тиграна просто желваки играют на висках, видно, как мужчине не нравится происходящее.
И мне самой.
Даже не смотря на то, что Тим сам любовник.
— Да ты продолжай, — от «доброжелательного» тона Тиграна меня передергивает. — Что другие?
— Ничего. Я бы закончил, но после… Как прикинул, что ты можешь сказать что-то подобное при Катрин, так самому себе захотелось врезать. Прости, Лан. Не хотел смутить.
— Всё… Нормально.
Тигран смеётся в кулак, а я сейчас превращусь в кучку стыдливого пепла. Но у меня есть оправдание. Здесь выбор делается, а Тим из шведской семейки просто врывается.
И ещё…
Я беременна, мне можно!
— Ухожу. Скажи мне только, Мирзоев, я ребят с Москвы дёргаю для Катрин. Лане?
— Дёргай, потом обсудим.
Любовник Катрин усмехается, захлопывая дверь. У меня уходит пару минут, чтобы прийти в себя и развернуться к Тиграну. Хочу обхватить себя руками, защититься…
Но мужчина не позволяет.
Ласкает пальцами горящую кожу, чувствую улыбку сквозь поцелуй.
— О чём говорил Тим? — спрашиваю, откидывая голову назад. Господи, как же сложно думать, когда губы мужчины скользят по шее. — Тигран!
— Об охране. Они лажают с защитой Катрин, сами не могут оценивать ситуацию адекватно. Поэтому берут ребят из своего охранного агентства.
— Зачем?
— Потому что ты со мной, мышка. Я хочу быть уверенным, что никто из моей жизни тебе не навредит.
Тигран выглядит довольным, словно я следую его плану. Конечно. Конечно, он всё это просчитал. Мирзоев, у которого мозги работали на графики, биржевые рынки и колебания цен — он всё это предвидел.
— Сильно поспешила? — спрашиваю, хмурясь.
— В каком смысле, мышка?
— Ты ждал, что решу раньше или намного позже?"
"— Я надеялся, что ты решишь… Хрен знает, на самом деле.
— Хочешь сказать, что не прикидывал? Не…
— Нет, Лан, ничего из этого. Выбор за тобой. В этот раз я действительно не шутил, всё только от тебя зависело. И кажется, — он притягивает меня ближе за талию, от столкновения выбивает весь воздух. — Ты уже решила.
— Ничего не решила.
Бурчу, как маленькая. Спорю чисто из упрямства, чтобы не сдаваться так быстро. Сутки, мой рекорд.