Мертвый кролик, живой кролик

Аферу с Новохватовым от начала до конца придумали вы…

– Аферу? – оскалился Алик. – Выбирай выражения, любезный. Или, как говорят в вашей среде, фильтруй базар. Так понятнее?"

"– Афера – это рискованная неблаговидная сделка с целью личной наживы, – безмятежно сказал Макар. – Ваша сделка была крайне неблаговидной, довольно рискованной, зато в случае успеха вы многое выигрывали…

– И что же?

– Расположение вашего отца, а в перспективе – его наследство. Есть за что побороться.

Алик презрительно наморщил нос.

– Забавно, что девять лет назад вы уже попытались провернуть нечто подобное, дискредитировав Нину в глазах Ратманского.

Вы сфабриковали компрометирующие фотографии, решив, что ваш отец, узрев такой разврат, почувствует брезгливость и выставит вновь обретенную дочь из дома. В этом вы здорово промахнулись! – В голосе Илюшина зазвучало сочувствие. – Ратманский действительно почувствовал брезгливость, но не к Нине, а к Алле. За прошедшее время вы поумнели, приобрели кое-какой опыт и поняли, что его не проймешь чужими постельными игрищами. Советские чиновники – поголовно параноики…

– Не смей так говорить про моего отца! – вскинулся Алик.

– …В переносном смысле, – спокойно закончил Макар. – А почему? Потому что они существовали в системе интриг. Вечно подозревали предателя в любом приятеле и подчиненном! Вышедший из этой системы и сформированный ею Ратманский больше всех качеств ценит преданность. Он годами держит при себе законченного остолопа лишь по одной причине: тот ему безусловно верен. Гришковца невозможно ни перекупить, ни запугать.

Нина, сама того не зная, сразу сделала правильный выбор, согласившись стать донором. Ваш отец готовился предложить ей вознаграждение, но этого не потребовалось. Нина даже не задумалась над такой возможностью – и тем самым выиграла несравнимо больше.

– Ну и зачем я все это выслушиваю? – осведомился Алик, демонстративно взглянув на часы.

– У вас возник новый план, более громоздкий, чем предыдущий. Но зато вы правильно определили болевую точку своего отца.

Он считает Нину кристально честной? Думает, ей можно доверять? Значит, нужно выставить ее воровкой, которая крысятничает под носом у благодетеля. Не требовалось убеждать в этом Ратманского – достаточно было заронить в его душу зерно сомнения. Все остальное сделала бы его природная подозрительность. Новохватов, которому вы платили, был использован именно для этой цели.

– Бред какой-то…

– Он подделал подпись Нины на договоре с фирмой «Акримон-плюс», – пояснил Макар.