Метанойя

Это, какие-то эвфемизмы?

На что Соколов отреагировал вопросом на вопрос:

— А где сейчас Варвара?

— Встречается с однокурсницами.

— Уверены?

— Ну, она так сказала, — растерялся Николай.

— Сейчас посмотрим, — и Егор, повернув лицо в сторону, стал вглядываться во что-то, Немировичу невидимое.

— Эх, жаль, — разочарованно проговорил Егор, — уже не успеем спасти человека. Смотрите.

И он развел руками перед лицом Николая, открывая этим жестом… хм, окно, портал?

— Что это? — вскрикнул Немирович пораженно.

— Я называю это телепортационным окном, — пожал плечами Егор, — оно с односторонней проницаемостью: мы всё видим и слышим, нас — нет.

Николай хотел еще что-то спросить, но происходящее по ту сторону окна вдруг привлекло его внимание. Хотя там и было темно, он как в приборе ночного видения, только гораздо четче, очень ясно увидел некое существо, похоже, женского пола — оно было в платье и туфлях, да и прическа женская. Но на этом сходство с женщиной заканчивалось. Руки у существа напоминали лапы зверя — жилистые, сильные, с огромными когтями.

А когда оно повернулось, полковник увидел ужасную морду с как бы выкатывающимися желтыми глазами и светящимися узкими вертикальными зрачками. Ужасное существо сидело на корточках над телом мужчины с разорванной шеей и развороченной грудью и, держа что-то в руках с длинными когтями, огромными клыками отрывало от этого куски.

— Поедает сердце жертвы, — отстранённо прокомментировал Соколов.

Немирович словно окаменел, глядя на это жуткое зрелище.

Он узнал платье, туфли, прическу, но мозг отказывался принимать это знание.

Наконец, чудовище, видимо, насытилось. Высунув невероятной длины узкий язык, оно облизало себе морду и сыто отрыгнуло. Постепенно лицо приняло обычный вид моложавой сорокапятилетней женщины, про которых говорят, что ""ягодка опять"". Сейчас Немирович смотрел и чтобы не думать о том, что он только что увидел, думал о том, как он мог дать ей двадцать пять лет.

Ей же точно за сорок! А если права Норикова, а она, скорее всего, права, этому чудовищу за сотню лет."

"Ведьма выпрямилась, достала из большой женской сумки мешок, используемый обычно для строительного мусора и ловко, с большой силой запихала туда труп, легко ломая кости, когда что-то не входило. Затем без видимых усилий подняла большой и даже с виду тяжеленный камень, лежавший поблизости, и тоже засунула его внутрь, крепко завязав мешок снаружи.