Мне неуютно, но и отвернуться я не могу, почему-то.
В глазах Саввы смесь уверенности, наслаждения и чего-то тёмного, почти болезненного.
— Что? — я не выдерживаю. Иду в нападение, чтобы скрыть смущение. — Что не так?
— Ничего, — он чуть усмехается. — Красивая ты. Купить тебе ещё?
— Обойдусь.
Я бормочу. Отворачиваюсь, будто это поможет унять странное покалывание в груди.
Выбрасываю палочку в урну, двигаюсь вперёд. Но далеко у меня уйти не получается. Савва легко догоняет, а после и Кирюша просит остановиться.
Я облокачиваюсь на ограждение, рассматриваю хищников через сетку.
— Кися, — Кирюша указывает пальчиком. — Можно погладить?
— Это опасная кися, — улыбаюсь я. — Она может очень сильно ранить.
— Почему?
— Потому что у неё на лапах длинные когти. Укусит вот так…
Я впиваюсь ноготками в живот сына. Через курточку ничего не ощутимо, но Кирюша тут же визжит и заливается смехом.
Он прижимается к Савве, будто ищет у него спасения. А я замираю удивлённо. Озарение кувалдой падает на голову.
Ох. Кирилл не особо жалует новых людей. Но он уже вычеркнул Савву из списка «чужих», привык к нему. Видит защитника в нём.
— Ну мам, — сын недовольно пыхтит. Сам ко мне тянется. — Кусь.
— Кусь, конечно, — мой голос подрагивает. — Вот так?
Я беру себя в руки, посвящаю всё внимание сыну. Полезный навык — уметь переключаться. Потом думать буду.
Но моя заминка не остаётся незамеченной. Стоит сыну направиться к голубям, как Савва сжимает моё предплечье.
— Что не так? — уточняет он.
— Всё так, — я расправляю плечи. — Но… Савв, если ты захочешь уйти… Лучше сделать это сейчас. Кирилл привыкает и потом ему будет плохо.
— Я никуда не уйду. Никогда. Я больше не оставлю вас.
— Сына. Не оставишь сына.
Я бросаю взгляд на Савву, пытаюсь добавить ледяного нажима в голос. У меня получается, но мужчину это мало интересует.
Он делает шаг ко мне, оказываясь слишком близко.
Взгляд Дубинина становится серьёзным и тяжёлым, с вкраплениями горького сожаления.
— Нет, Мара, — решительно произносит Савва. — Вас. Тебя.
* * *Это странно, но… Насколько нормально, что я чувствую, будто прощаю Савву? Не совсем, не резко, это просто странное ощущение внутри.
Как будто легче становится.
Не так хочется вспороть его шипами. Нет тяги сбежать при любом приближении.