И я этим наслаждаюсь.
И совесть меня не грызёт.
— Боже, как хорошо.
Кутаясь в лёгкую курточку, я выхожу на улицу. Ночная свежесть бьёт по лицу. Вдыхаю запах дождя.
Кайф.
Внутри — лёгкость. Я сама сейчас лёгкая, свободная. Больше никаких сожалений.
— Егор за мной скоро подъедет, — сообщает Уля. — Он тебя подвезёт.
— Я в состоянии вызвать себе такси.
— Это Егор. Он подвезёт.
Подруга произносит это с такой интонацией, что ясно — спорить не получится. Причём не с ней, а с её мужчины.
Я очень рада за подругу. После своего развода она нашла надёжного мужчину, которого полюбила.
Это редкость и счастье.
Егор действительно не позволяет мне добираться самой. Без проблем довозит до самого подъезда. Охрана пропускает без всяких вопросов.
— Егор ведь здесь живёт, — посмеивается Уля. — Соседний подъезд.
— Вот ты, — я фыркаю. Ясно, почему подвезли.
— Но сегодня мы у меня.
А, или не ясно.
Я прощаюсь с подругой. Медленно направляюсь к подъезду. Комплекс защищённый, поэтому я не боюсь по ночам гулять.
Я рассматриваю затянутое облаками небо, пытаюсь рассмотреть звёзды.
Мир такой прекрасный, вы знали?
Даже с утренней головной болью. И ранним подъёмом, потому что я обещала сыну приехать до того, как он проснётся.
— Хорошо погуляла? — мама поправляет мои волосы. — Вижу, что хорошо.
— Ой, — отмахиваюсь я. — Знаешь, как хорошо было? Как… Не могу вспомнить, когда в последний раз так хорошо было.
Это сложно объяснить. Но я просто снова чувствую вкус жизни.
И даже то, что сегодня у нас прогулка с Саввой ничуть не уменьшает плохого настроения.
Мы научились существовать.
— Он так быстро растёт, — мужчина прищуривается. — Я же только ему другую футболку покупал, нет?
— Да, — я усмехаюсь. — Моргнуть не успеешь, а он вымахает.
— Какие планы на завтра? Я думал, может пора Кирюше мою квартиру показать?
— Можно, смотря когда. Сегодня у него машинки, а у меня завтра.
— Картинг?
— Ага.
Я готова к спору с Дубининым. Он такой перестраховщик в этих вопросах.
Но звуки исчезают. Я краем глаза замечаю прохожего, и меня словно током пронзает. Отрезает все органы чувств, кроме зрения.
Сердца начинает колотиться так сильно, что тошнота появляется. Холодок ползёт по спине, меня накрывает липким и омерзительным страхом.
Я узнаю его, хотя не видела вечность. Вижу лишь мельком лицо, но этого достаточно. Инстинкт самосохранения распознаёт угрозу моментально.
Арсений.