Эпиляцию она делала! Надо же! А я ведь правда тогда подумал, что в соседней квартире пытаются кого-то убить.
Черт, такое ощущение, что целая вечность прошла с тех пор, как мы познакомились, а на деле — чуть больше месяца.
Удивляюсь, как за это время меня перестали интересовать всякие Риты, Кристины и Татьяны. Все мое внимание принадлежало лишь одной девушке, и все это время до скрежета в зубах я хотел лишь ее.
Представил, как могло бы быть, если бы мы все-таки успели покинуть город, но потом понимаю, что рано или поздно она все равно узнала бы правду обо мне.
Вот только стоит мне представить ее с другим мужчиной, как хочется пробить эту чёртову дверь и кинуться на поиски Киры, чтобы никто и пальцем не посмел прикоснуться к ее телу.
* * *Слышу, как, открываясь, скрипит дверь. Звук шагов, тишина.
— Ну что, вспомнил что-нибудь полезное? Может, хочешь чем-то поделиться?
Поднимаю голову и встречаюсь взглядом с самоуверенным болваном.
— Я хочу поговорить с Кирой, — всё-таки решаю, что желаю объясниться с ней, если, конечно, она не бросит трубку, узнав мой голос.
Князь хочет что-то сказать, но нас прерывают. Какой-то мелкий врывается без стука и топчется, не решаясь заговорить.
— Ну? — спрашивает следак.
— Там это... вызывают вас, — мямлит, с ужасом смотря на меня. Похоже, не быть мне больше красавчиком. Нос, по крайней мере, уже не спасти.
— Иду. — Князь переводит взгляд с меня на парня, делает шаг и замирает. — Не двигайся, Чиж. У тебя там... эм, паук.
— Что? Где? Какой паук? — Он отряхивает руками рубашку, брюки, прыгает с ноги на ногу и истерически орет, словно девчонка.
— Да не вертись ты! Сейчас убьём его! Замри!
Я приглядываюсь, пытаясь одним взглядом разглядеть, что происходит, и смеюсь, думая о том, что если все в отделе Князя такие идиоты, как этот, то страна однозначно в надежных руках.
Что за спектакль они устроили? Какой ещё паук?
— Сейчас. Повернись спиной, он с плеча переместился куда-то назад, пока ты прыгал. — Парень поворачивается к нам спиной, Князь протягивает телефон, не найдя ничего лучше в качестве орудия для убийства паука, а мое сердце пропускает удар.